История о невероятных приключениях девицы Елены Тихменевой, рассказанная ею самой

Упомянутая хозяином дома конструкция с насосом занимала половину предбанника и исправно подавала воду из пруда через большой медный кран.

Отослала горничную, заверив её, что справлюсь, разделась и, осмотрев парную, отважно забралась на полок. Поначалу сомлела, пришлось плескать в лицо холодной водой, а затем, обвыкнув, села на лавку, вдыхала духмяный пар и берёзовый аромат, потела, растекалась от удовольствия.

Возвращалась в дом в темноте, задыхаясь от неги и усталости. Капитолина принесла горячий чай с мёдом.

– Барин опять из города приехали, – сообщила она.

Напилась чаю, отпустила горничную и устроилась на кушетке, не думая ни о чём – такое удавалось не часто. Распустила волосы, стянутые полотенцем, и принялась расчесывать их, добиваясь гладкости. Темные с каштановым отливом густые волосы всегда были моей сильной стороной. Расчесала, заплела в косу, рассмотрела себя в ручное круглое зеркало, что принесла горничная. Сельская простушка с крупноватым носом и пухлыми губами глянула оттуда. Щёки пылали румянцем, глаза прояснели, губам вернулся здоровый вид и цвет – затянулись трещины, что появились во время лихорадки.

Негромкий стук в дверь заставил вздрогнуть, не от испуга, скорее, от волнения.

– Войдите, – сказала я.

Он вошёл, остановился в дверях.

– Добрый вечер, Елена Даниловна. Зашёл пожелать спокойной ночи да спросить, понравилась ли вам моя баня?

– Баня превосходная, я словно заново родилась. И оценила ваш насос для качания воды. Это потрясающе!

Он улыбнулся, запустив ямочку на щеку.

– Премного благодарен…

– Это я благодарна вам. Вы каждый день совершаете долгую поездку сюда. Завтра последний день, когда я пользуюсь вашим гостеприимством. Признаюсь, не помню, когда мне было так хорошо. Несмотря на катаральное воспаление…

– Я рад… – сказал он, смешался и быстро добавил: – Разумеется, не тому, что вы заболели, и, тем более, тому, что собираетесь покинуть мой дом, а тому, что эти обстоятельства… короче говоря, рад знакомству с вами. И не спешите, прошу вас, вы ещё не оправились после болезни…

Он даже заикался, произнося эту неловкую патетическую речь.

Я, повинуясь какому-то неосознанному порыву, поднялась с кушетки; зеркало, которое так и держала в руке, выскользнуло, я бросилась ловить его, испугавшись, что сей миг оно разобьётся, и столкнулась лбом со лбом Сергея, который тоже поспешил за зеркалом. Отшатнулись, он схватил меня за руку, удерживая от падения, мы сели на кушетку, потирая лбы и смеясь.