Он – мой лёд

Тогда мы даже не попрощались…

Почти сразу же его место в группе занял жёсткий, не видящий ничего, кроме собственных целей, и самолюбивый Богданов, Паша же перебрался в Америку, где под руководством нового тренера начал заново.

И вот теперь он передо мной, заматеревший, возмужавший, но все такой же добрый и неунывающий.

– Пашка, ты какими судьбами в Москве? – спросила я.

– Журавлёва, – хмыкнул он, – ну не посреди улицы же я буду тебе рассказывать о своей нелегкой жизни. Пойдем-ка, посидим в кафе, чайку попьем.

Там я тебе все и расскажу. Заодно и ты мне исповедуешься, я много чего слышал о тебе.

– Откуда? – я поморщилась.

– Земля слухами полнится, Ольк. О том, какими жёсткими могут быть методы работы у твоей матери и сложном характере партнера даже за океаном знают. Так что пошли, дорогая, – и он, подхватив меня под руку, повел в ближайшее кафе.

Оказалось, что партнерша, с которой Паша катался в Америке, получила травму и завершила карьеру. Надо же, а я даже не слышала… В последнее время, замкнувшаяся, я вообще ни о чём не слышала.

Ничем не интересовалась, растеряла последних друзей. Нет, даже не друзей – просто знакомых. Друзей-то у меня никогда толком не было. И вот теперь Пашка снова был в поиске.

– Не везет тебе, Пашка, – сочувственно улыбнулась я, задумчиво размешивая сахар в чашке. – Сначала я, теперь вот она. В двадцать два быть в поисках подходящей партнерши – не завидую я тебе.

– А что делать, – вздохнул Жаров. – Со спортом я завязывать не хочу, вот Роман Юрьевич и посоветовал мне съездить в Москву на чемпионат.

Посмотреть, что да как, – он смешно нахмурился. У Пашки вообще была очень живая мимика. – Что мы все про меня, да про меня? Рассказывай, Журавлёва, как ты докатилась до жизни такой!

– Какой?

– Замученная такая!

– Спасибо за комплимент!

– Всегда пожалуйста! – подмигнул он, и я снова не смогла сдержать улыбку.

Нет, все же я очень скучала по тем денькам, что мы катались вместе – удивительно, но я не могу ни единой крупной ссоры припомнить.

Неудачи мы переживали вместе, вместе же радовались подъемам и понимали друг друга с полуслова. Паша был опытным парником, и в перспективе мы могли бы стать сильной парой. Наверное, могли бы. Только что уж теперь.

– Да что рассказывать, ты и так все знаешь наверняка, – пожала плечами и опустила голову. – Надоело мне, Паш. Я действительно устала. Не могу больше. Богданов ненавидит меня, – рвано выдохнула. – И не спрашивай, за что – сама не знаю.