Особняк одиноких душ

– Ах, ты дрянь! – ударив кулаком по столу, женщина поднялась со стула и наклонила торс вперёд, нависнув над столом. – Никакого завтрака! Ты наказана! – вытянув руку, показала на дверь. – Выйди из-за стола и убирайся в свою комнату!

Сердце Ди забилось с невероятной скоростью. Вжавшись в спинку стула, она опустила нож на тарелку и медленно сползла, не сводя глаз с внезапно озверевшей дамы.

– Вон! Я сказала, вон! – завизжала брюнетка и быстро-быстро затопала ногами, как это делают капризные дети. – Сиди теперь голодной! Чтобы весь день не выходила из комнаты!

Прокравшись к лестнице, Ди влетела наверх и с грохотом захлопнула дверь.

Обуявший ужас просочился в желудок и добрался до мозга, не позволяя опомниться и что-то сказать в ответ. С ходу запрыгнув на кровать, Ди спряталась под одеяло и зажмурилась.

В комнате возникла кошмарная тишина, пробирающаяся в пропитанную страхом голову и звенящая в ушах. Почему эта женщина не поднимается на второй этаж? Почему её надрывные крики растворились с уходом Ди? Она успокоилась и продолжила поглощать утренний завтрак? А как же… Ди? Неужели её не позовут полакомиться свежим беконом, поджаренным по соседству с аппетитной яичницей, которую так любит Ди? Кто она, эта меняющаяся на глазах дама, что вначале обняла, а после прогнала, как плешивого, блохастого, бездомного котёнка?

– Я хочу домой, – пронеслось в голове напуганной Ди, обеспокоенной своим появлением в чужом доме.

 – Я хочу в свою комнату…

И тут она услышала, как за пределами её убежища, сотворённого из одеяла, поют разноголосые птицы.

Они так радостно щебечут, что Ди захотелось выглянуть из-под одеяла и убедиться, что ей не послышалось. Слегка пошевелив рукой, она потихоньку приподняла уголок и наклонилась, чтобы не поднимать ещё выше. А вдруг эта тётка стоит рядом и изображает пение птиц, чтобы вызволить Ди наружу? И вообще, что ей нужно?

Ди наклонила голову так низко, что её правая щека оказалась упёртой в простыню… Странно, но простыня как будто лежит не на мягком матрасе, а на… камнях? Жёстко и неприятно ощущать холодную поверхность, покрытую каким-то мягковатым настилом.

Внезапно Ди почувствовала болезненный укол в районе скулы, чуть пониже глаза.

– Ай! – взвизгнула и тотчас приложила ладонь к пылающему огнём месту. – Мамочки… – заскулила она, растирая пальцами моментально припухшую кожу. – Что это…

Ощутив на запястье что-то необычное, словно по руке побежал паук, встряхнула кистью и завизжала ещё громче, по-настоящему, по-девичьи.