Меццо-сопрано

– Оленька! Начинает сбываться наша мечта! Через два дня еду в Москву, посмотрю, что за жилье нам предоставят. А через недельку и вы с Никушей подтягивайтесь! –Анатолий весь светился от счастья.– Представляешь, наша работа так понравилась москвичам, что они пригласили нас с Сашкой в Москву! Будем проектировать коттеджи для больших людей.

Ольга сидела в кресле и молчала. Головные боли снова вернулись, но эта радостная новость всё же, заставила её улыбнуться. Она медленно встала, подошла к мужу и обняла его.

– В Москве для тебя откроются большие перспективы. С твоим талантом и трудолюбием ты далеко пойдешь. Кстати, не забудь сразу узнать про садик для Вероники. Мне тоже пора выходить на работу. Не дело жене великого зодчего дома штаны просиживать.

Анатолий погладил жену по голове и чмокнул в макушку.

– Обязательно узнаю, зая. Что, опять голова болит? Ты давно у врача была?

– Да я к нему больше не ходила. Голова заболела только сегодня – наверное, на погоду.

Вон видишь, снег собирается.

Анатолий глянул в окно. На улице и в самом деле было хмуро. Обычно зима в Ярославле умеренно холодная и умеренно снежная. Но в этот год морозы уже в конце ноября достигали минус тридцати, а порой и вовсе доходили до минус сорока.

– Что-то неладное творится в этом году с природой, – задумчиво произнес Евстигнеев. – За что-то она обиделась на людей.

Но происходящие перемены касались не только природы…

Июнь 1989 года.

Москва.

Вот уже четыре месяца Анатолий не отходил от чертежного стола. Несмотря на то, что работодатель выделил ему персональный компьютер, основные чертежи он предпочитал по-прежнему делать от руки. Семья Евстигнеевых снимала скромную, по московским меркам, двухкомнатную квартирку в районе Крылатское, на Осеннем бульваре. Но им очень нравилось здесь. Всё необходимое рядом: и садик, и магазины, и медицинский центр. Да и до работы Анатолию было удобно добираться.

Ольга пока не нашла себе работу по специальности, да и, правду сказать, не очень искала. Сначала она надеялась, что переезд в Москву прибавит ей сил, но её надеждам не суждено было сбыться. Слабость нарастала с каждым днем, тошнота прекращалась только по ночам, но ей на смену приходила давящая головная боль. Ольга похудела за это время килограммов на десять, не меньше. Глядя на себя в зеркало по утрам, она видела живую мумию.