Кыштымский карлик, или Как страус родил перепелку

«Это как штиль наступает после бури… Звезды были до нас, они будут и после нас пылать в своем безбрежном океане… Гармония всего сущего вечна», – думал Чак, глядя на Млечный Путь, широкой дорогой раскинувшийся от горизонта до горизонта поперек небосвода. «По этой тропе когда-то бродили небесные коровы… Синие небесные коровы. Это они расплескали свое молоко…» Чак представил, как он плывет по Млечному Пути, сидя на синей небесной корове, держась за ее острые рога. И вдруг эти рога становятся рожками молодого месяца.

И вот уже Чак сидит на одном из них, свесив ножки и ничуть не жалея, что расстался с Землей. «А не все ли равно, что будет дальше? – пронеслось у него в голове. – Я совсем один здесь, под этим загадочно-прекрасным небом. Но я же все еще здесь, на этой жуткой Земле, в запрещенной зоне, на вражеской территории… Один, без оружия, без приборов и машины. Я беззащитен и обречен… Либо ночь сграбастает меня длинными пальцами холода, либо утром беспощадное Солнце пустыни походя убьет меня, либо…»

Всего час назад Чак был в своей стихии: он парил в воздухе.

Сверху было родное живое небо, внизу – мертвая, испепеленная солнцем, враждебная всему живому пустыня. Справа, далеко внизу, вяло бился о берег океан, а слева зубцами рвали небо вершины гор. Солнце уже ушло купаться в безбрежные воды, а глупая красноватая луна еще только собиралась перелезть через горный кряж. Размеренный полет прервал странный шкрябающий звук. Машина предательски дрогнула. Чак сделал крутой маневр и увеличил скорость. Шкрябание повторилось. Чак присмотрелся к океану и ужаснулся: внизу, под прикрытием берега, притаилась группа боевых вражеских кораблей. Это они прочесывали небо. «Они меня видят», – с ужасом осознал Чак, и липкий страх холодом пополз по спине. Чак максимально увеличил скорость… О, горе! Шкрябающий звук вернулся и уже не прекращался. «Они меня преследуют, гады», – успел подумать он за секунду до того, как машина вздыбилась, подобно норовистому коню. Она то рвалась ввысь, то резко падала в пропасть. Чак понял, что потерял управление… Рывок… Противный скрежет… И тишина… Полная тишина. «Это конец», – судорожно вздохнув, решил Чак. Странно подсвеченная земля неумолимо приближалась. «Это я горю», – заключил он по движению свечения вдоль поверхности. «А она красивая, эта Земля! – вдруг подумал Чак. – Только вот, жаль, не для меня».