Тринадцатая фея. Старые кейсы на новый лад, или Записки психотерапевта

Иногда мы сталкивались возле школы и я, набравшись смелости, немея губами, просила у него зажигалку. Он улыбался краешками губ и протягивал ее, закрывая ладонью огонек от ветра. Его глаза…

Эти глаза, когда понимаешь, что пропала, что все, что внизу живота закручивается огненная воронка, когда дрожат колени, и ночью, в кровати, ты сжимаешь бедра и воешь, воешь в подушку, устав от порнухи и самоудовлетворения… Когда весной до одури воняет сиренью, и ты, столкнувшись с ним в дверях школы, чувствуешь под курткой его случайное прикосновение и грудь ноет от боли и возбуждения.

Когда видишь, как он за школой целует взахлеб какую-то девку, терзая ее губы и шею, и его руки медленно, как в порнухе, задирают ее блузку и ползут к груди. И ты закусываешь губу, чтобы не орать, не плакать, и представляешь на ее месте себя.

А ты просто для него никто. Тебя не существует. Вот так.

***

Я отложила нож, и принялась мыть руки. Порез на руке все сочился кровью, кровь была на запястьях и, кажется, даже на локтях. Мыльная пена окрасилась в алый и стекала в раковину.

Потом я вытерла руки о полотенце, висевшее поблизости, завернула в него нож, и спрятала его в сумочку. Оделась, и, захлопнув дверь, пешком, держа в руках туфли, спустилась вниз.

Я не думаю, что меня найдут. Я оказалась здесь случайно, а эти никогда не расскажут обо мне. Ибо тогда им придется рассказать, почему у меня на теле синяки и задница порвана.

Сейчас я дойду до метро, доеду до бабушки и занесу ей продукты. Потом выброшу нож отдельно, а полотенце отдельно в районе, в котором я никогда не была.

И лягу спать.

Завтра воскресенье и я наконец-то отдохну.

Как хорошо, что мне больше не нужно его любить.

Мальчик с Пальчик

Я всегда собирал камушки. Гладенькие, словно облизанные морем, на берегу, шершавые, с острыми гранями – в песочных котлованах, большие валуны – в загородном доме для альпийских горок. Каждый раз, когда я возвращался с задания, я привозил с собой камушек и клал его к другим.

Это был символ того, что я выжил. Иногда мне кажется, что именно камни спасли меня, а иногда – что именно они меня и погубили.

***

Это был как обычно внеплановый сбор по тревоге. На этот раз ничего связанного с государственной безопасностью – «свои» попросили помочь. Пропала группа подростков, которая отправилась за какой-то матерью провести каникулы в «места силы». Непроходимый лес, болота и Белая гора, где получали посвящение шаманы этого края. Придурки.