Красный Дракон. День гнева

– Откуда вы знаете мое имя?

– Разве это важно?

Лиза поджала губы и оглядела мост, выбирая путь для отступления. Мужчина удержал, положив ладонь на ее руку, и пояснил:

– Бейджик на блузке.

Она с облегчением выдохнула, подавив готовый сорваться с губ смешок. Надо же быть такой дурой! Вообразила неизвестно что. А всего делов-то: карточка с именем, которую она забыла снять.

– У меня есть предложение, – сказал он.

– За кого вы меня принимаете?!

Вот к чему приводят ночные прогулки в одиночестве.

Ее посчитали проституткой! Щеки вспыхнули румянцем. Возмущение было столь велико, что даже страх отступил.

– Вы не так поняли, – мягко улыбнулся мужчина. – Я предлагаю вам весь мир в обмен на маленькую услугу.

Почему она все еще слушает незнакомца? Может, причина в том, что его голос обволакивал, лишая желания сопротивляться. Кому будет плохо от того, что она немного посидит здесь? В конце концов, это общий мост. Она имеет право находиться здесь сколько ей вздумается.

– В моей власти исполнить любую твою мечту, самую сокровенную, – продолжал он, переходя на "ты".

 – Я сделаю так, что ты не будешь знать нужды. Никогда, Лизавета, никогда больше тебе не придется убирать объедки со столов и терпеть побои отца. Ты будешь сама себе хозяйкой.

Он шептал, ближе склоняясь к Лизе. Его губы были в паре сантиметров от ее уха, и она заворожено слушала, а сладкий яд проникал в душу с каждым новым словом. Впав в транс, она уже не задумывалась, откуда незнакомцу известны подробности ее жизни.

– О чем ты мечтаешь, Лиза?

– О свободе, – пробормотала она.

– О свободе? – мужчина усмехнулся. – Знала бы ты, как я жажду того же. Но тебе я в состоянии помочь. В твоем случае настоящую независимость, моя милая, принесут деньги.

– Значит, я хочу денег. Много, много денег, – без запинки ответила Лиза.

Тот вечер изменил все. Спустя девять месяцев после разговора на мосту Лиза родила чудесную, розовощекую девочку. Она назвала дочку Евой. И это было непорочное зачатие.

Вкус мятной зубной пасты отдавал горечью, будто кто-то специально подмешал в нее таблетки из аптечки. Ева поморщилась и выплюнула вязкую субстанцию в раковину. Несколько раз тщательно прополоскала рот, но привкус лекарства намертво прилип к языку.

Она вымученно улыбнулась своему отражению в зеркале. Только подумать – шестнадцать лет! Лучший в жизни возраст. Так думают сотни тысяч подростков по всему миру, но не она. Шестнадцать – отвратительное число.