Охотник на вампиров. Омут

 – Он кажется весьма перспективным.

– Чем же, если не секрет? – отец взглянул на меня поверх газетного листа.

– Хотя бы тем, что отказался от каких-либо комментариев. Даже милиция не смогла ничего от него добиться. А ведь какое-то время его подозревали в убийстве.

– Полагаешь, он что-то видел? – нахмурился Виктор.

– Я почти уверен, что да. Наверняка он увидел что-то настолько необычное, что предпочел промолчать, чтобы его не приняли за сумасшедшего, – сложил газеты и пододвинул ноутбук к себе, намереваясь поискать адрес сантехника в Интернете.

– Интересно, почему ты думаешь, что он тебе все расскажет? – спросил брат. Он только что вышел из душа, но быстро понял, о чем идет речь, и включился в разговор.

– Я уж как-нибудь постараюсь найти к нему подход, – огрызнулся я.

– Ах да, я совсем забыл, что ты у нас непревзойденный психолог, – не унимался Дима.

Посмотрел на брата и увидел на его округлом лице озорную улыбку. Видимо, несмотря на раннее по его меркам пробуждение, у него все же было хорошее настроение.

Что ж, я тоже умею шутить.

– Я чувствую, мы с ним поладим, – с самым невинным видом ответил Диме. – А вот ты, уверен, найдешь общий язык с семидесятидвухлетней Анфисой Викторовной Песковой, соседкой покойной Людмилы Марковой.

Я не без удовольствия наблюдал, как улыбка на лице брата погасла, и он с мольбой в глазах посмотрел на отца. Чтобы не оставить у последнего сомнений в необходимости такого шага, добавил к своим словам несколько аргументов:

– В статье говорится, что погибшая рассказывала соседке о своих встречах с покойным мужем.

Так что Анфиса Викторовна может что-то знать, – повернувшись к отцу, следующими словами, так сказать, вбил последний гвоздь в гроб Димы. – Ты же знаешь, пап, как Димку любят старушки. Они готовы ему поведать все свои тайны, как только его увидят.

Отец перевел взгляд на Дмитрия, но даже не надо было слушать, что он скажет, чтобы понять – этот раунд остался за мной.

Быстро собравшись, дружно покинули номер. Мы с братом отправились к свидетелям, а отец решил заскочить в отделение милиции, которое занималось наиболее интересными делами в этой череде смертей.

– Я тебе отомщу, страшно отомщу, – заявил Дима, прежде чем мы разошлись в разные стороны. Он был крайне недоволен тем обстоятельством, что на его долю выпало общение со старушкой, искренне полагая такое времяпровождение неимоверно скучным.

– Уже дрожу от страха, – изобразил на лице наигранный ужас, чем еще больше разозлил брата.