Красный Дракон. Скорбный день

Последней на испытание пригласили Еву. Услышав свое имя, она на секунду забыла, как управлять телом. Но Максим сжал ее ладонь, и контроль над мышцами вернулся.

Ева, подобрав подол, пересекла Рубикон в виде порога. Прямо перед ней был стол, за которым лицом к двери восседали шесть курфюрстов. «Приемная комиссия в университете, не иначе», ? окрестила их Ева.

Стену за спинами курфюрстов от пола до потолка в пять метров украшала фреска в виде огромного ящера. Его огненно-красное тело занимало все свободное пространство.

Пасть размером с паровозную топку изрыгала пламя. Глаз не меньше футбольного мяча уставился прямо на Еву. Два перепончатых крыла раскинулись по бокам динозавроподобного туловища. Так вот каков из себя Красный Дракон! С трудом верилось, что столь могучему существу нужна чья-то помощь, чтобы выбраться из ада. Мускулы и чешуя Дракона излучали силу. Она сочилась с фрески, купая окружающих в мистической энергии. Ева представила Дракона вживую. От развернувшейся перед внутренним взором картинки на лбу выступил пот. Как ангелы справились с этакой махиной?

Молчание затянулось, и Ева присмотрелась к курфюрстам, прикидывая, на какое количество голосов она может рассчитывать. С Самаэлем все ясно. Он на ее стороне. В конце концов, он помогает ей пройти испытание.

Ева покосилась вправо, где, подперев щеку кулаком, устроился Асмодей. Судя по блуждающему взгляду, он скучал. Обнаружив ее интерес, демон игриво подмигнул Еве и раздвинул уголки губ в едва уловимой игривой улыбке.

Будучи демоном разврата, Дей умел заставить девушку покраснеть. И все-таки Ева порадовалась его присутствию. Это еще один голос в ее пользу.

Вероятно, она может рассчитывать и на Велиала. Какие бы цели он не преследовал, в данной игре он на стороне Самаэля. А вот оставшаяся троица внушала беспокойство. Андрас буравил ее огненно-красными глазами, с трудом сдерживая злость. Кожа покрылась мурашками, и Ева поспешно отвернулась, так и не поняв, то ли Андрас, в самом деле, истово ее ненавидит, то ли он, являясь демоном насильственной смерти, на всех смотрит букой.

Мамона Ева мало интересовала. Он занимался тем, что перекладывал золотые монетки из одной стопки в другую. На то он и демон скупости.

Темные мешки под глазами Вельзевула делали его похожим на смертельно больного. Но, несмотря на чахлый вид, он пристально следил за происходящим. Ева мысленно сравнила демона эпидемий и его сына – всадника по имени Мор, но сходства не обнаружила.