Охотник на вампиров. Тьма

Сознание то и дело меркло. После одного из таких провалов я с изумлением, смешанным с ужасом, обнаружил, что нахожусь посреди комнаты и, более того, продолжаю упорно двигаться к месту, где валялась бутылка, на дне которой осталось еще немного крови. Я приказал себе остановиться, но не тут-то было. Тело не подчинялось мне.

Через пару мгновений добрался до стены и принялся жадно слизывать кровавые разводы, смакуя каждую каплю. Я рыдал от облегчения и от осознания того, каким ничтожеством отныне являюсь. Но это не помешало мне поднять бутылку с пола и выпить её содержимое.

Я всхлипывал, но продолжал пить. Постепенно меня затопила волна облегчения. Я откинулся назад, повалился на пол и блаженно улыбнулся. Наконец-то, беспокойство оставило меня. Я снова мог думать, управлять своим телом и даже ненавидеть себя за содеянное.

Глава 2. Ах, ваши очи чернее ночи

Самобичевание длилось недолго – вскоре за дверью послышались шаги. На этот раз я спокойно воспринимал пружинистую поступь гостя.

Я приподнялся с пола и попробовал сосредоточиться на звуках.

Результат ошеломлял. Буквально через секунду я улавливал самый незначительный шорох. Походка визитера была легкой и непринужденной, так ходят люди без обязательств. Те, у кого в жизни всё в полном ажуре. Я уловил биение сердца и звук дыхания, значит он человек.

Скрипнули ржавые петли, и смотровое окошко в верхней части двери отворилось. К этому времени свеча погасла, и в камере стояла кромешная темнота. Чтобы рассмотреть хоть что-то, мой тюремщик направил луч фонаря в камеру.

Тот скользнул по стенам, и я инстинктивно сжался. Не прошло и пары минут, как фонарь отыскал меня. Я зажмурился и отвернулся, чувствуя себя подопытной мышкой, распятой на столе сумасшедшего ученого.

– Как самочувствие?

Голос громыхнул под сводами камеры, и я невольно зажал уши руками. Лишь немного придя в себя после массированной звуковой атаки, с удивлением осознал, что говорящий мне знаком. Не веря слуху, повернул голову к двери. Яркий свет мешал разглядеть гостя как следует, но я почти не сомневался – за дверью стоит мой младший брат Дмитрий.

– Дима? – хрипло уточнил я. Собственный голос звучал так, точно он преодолел сотни космических километров, прежде чем достигнуть этой комнаты. Фактически я шептал.

– Дима, Дима, – ворчливо согласилась прячущаяся за светом от фонаря тень. – Видок у тебя, откровенно говоря, жутковатый. Ты выпил кровь, что я принес?

Взгляд метнулся к выжатой насухо бутылке из-под минералки.