Охотник на вампиров. Водоворот

В последние недели Амаранта часто пропадала неизвестно где. Одно время я подозревал, что ей просто неприятно находиться в этом клоповнике. Ведь с Грэгори она привыкла к другой, обеспеченной жизни. Но постепенно пришел к выводу, что она не замечает окружающие нас неудобства. Амаранта – вампир, и такие мелочи, как мягкая постель, теплый и сухой дом, мало её волнуют. Хотя бы потому, что ей не надо спать, да и замерзнуть она вряд ли в состоянии.

Но её отлучки беспокоили. Для утоления голода девушке было достаточно одной ночи в две недели, а уходила она гораздо чаще, объясняя это тем, что подходящую жертву еще надо найти.

Эмми уже давно избрала для себя особый рацион. Так как не убивать людей она в принципе не могла, то выбирала тех, кто не достоин жизни. Например, убийц, маньяков и прочих рецидивистов. Я уже привык к её роли санитара леса и давно перестал интересоваться, где и как она пополняет запасы свежей крови, необходимые её организму.

Но в последние две недели все немного изменилось.

Эмми как будто подменили. Она стала задумчивой, молчаливой и постоянно норовила улизнуть куда—то, и это в то время, когда наши и без того непростые отношения охотника на нечисть и вампира только начали налаживаться. Я вздохнул, поставил пустую чашку на трехногий стол и задумался. Что—то в этой ситуации не давало мне покоя. Какое—то тревожное предчувствие скреблось, как кошка, на грани сознания.

– Эй, чего не спишь? – пробормотал Димка у меня за спиной, и я чуть не свалился со стула от неожиданности.

Повернувшись к сонному брату, ответил:

– Да вот замерз, решил чая выпить.

В глазах Димы мелькнул интерес. Он направился к плите, в которую каким—то чудом еще подавался газ.

– Чего хмурый такой? – Дима поставил чайник на огонь и держал над ним руки, тщетно пытаясь их согреть.

– Не могу спать под шум капающей воды.

Он понимающе кивнул, но я усомнился, что такая ерунда могла ему всерьез помешать. По—моему братишка мог заснуть где угодно, когда угодно и в какой угодно позе.

– Надо где—то денег раздобыть, – заявил я неожиданно даже для себя самого, именно в эту секунду совершенно четко осознав, что долго мы так не протянем. Впрочем, это решение лежало на поверхности, просто я боялся озвучить его. Ведь это означало бы окончательную капитуляцию и признание того, что отец нас бросил.

Дима повернулся и внимательно посмотрел мне в глаза. Похоже, его мучили те же страхи.