Игрушка для шпиона

В углу в ящике белого комода рылся еще один, чуть постарше других, облаченный в медицинский халат. Но и этот докторишка мне тоже не нравился. Мне вообще ничего здесь не нравилось. Я не должна тут находиться!

Я резко развернулась, ухватилась за ручку и дернула что было сил, но дверь оказалась закрыта. Я заколотила по выкрашенному в белый дереву и громко завыла от бессилия. Колени подгибались, и я едва удерживала собственный вес на ногах.

Меня подхватили сразу с двух сторон. Я несколько раз дернулась, стараясь высвободиться.

Болтала ногами в воздухе, пыталась пнуть мудаков, сыпалась всевозможными проклятиями на русском, пока меня усаживали в кресло и скрепляли руки и ноги кожаными ремнями.

Плач превратился в настоящий рев. Я выла так, что услышь кто меня, наверное, решил бы, что где-то убивают собаку. Я захлебывалась слезами, подергивала связанными руками, будто это могло помочь освободиться. Изворачивалась прямо в кресле, словно в меня вселился демон.

Мужчина в халате не обращал на мои извороты никакого внимания – лишь приказал амбалам держать меня покрепче, сам же склонился между моих раздвинутых ног и задрал сорочку.

Я ощутила противное прикосновение холодного металла к интимному месту и взвыла еще громче.

– Нет! Не трогайте! Только не это! Отпустите меня! – молила отчаянно, но всем было наплевать.

Металл вдруг исчез, а его заменили пальцы в перчатках. Я уже не понимала, что докторишка делает со мной, стиснула зубы до скрежета.

Мэдок промычал что-то себе под нос на македонском и довольно закивал.

Затем занес данные в бумагу, которая лежала на маленьком металлическом столике. Я проследила за его действиями сквозь пелену слез.

– Прошу, не надо, – прошептала трясущимися губами, уже не понимая, что от меня хотят.

– Девочка, ты не первая, кто здесь оказался, и далеко не последняя, – вдруг отреагировал на меня местный «гинеколог». – Уж можешь поверить, что тебе никто не поможет. А сейчас потерпи, будет немного неприятно.

В следующее мгновение я почувствовала, как в меня вошло что-то скользкое, и выгнулась от непонятного ощущения настолько, насколько возможно.

Пыталась свести колени, но ремни не давали мне это осуществить, крепко удерживая на месте.

– Что вы делаете со мной? – пролепетала я.

– Всего лишь спринцевание. Я не могу быть уверен, что ты ничем не больна, хоть ты и оказалась девственницей. А так мы избавимся от нужды сдавать анализы.

Неожиданно Мэдок вытащил из меня ту штуку.