Игрушка для шпиона

– Ага, – ответила и, не обращая внимание на рядом стоящие яства, опрокинула в себя содержимое рюмки, зажмурившись. Закашлялась от непривычного напитка. Водку я почти не пила – иногда бывало в компании однокурсников, но не увлекаясь.

Горло обожгло. Тепло растеклось по телу. Я кашлянула в руку и поставила стопку рядом с графином. Марч довольно улыбнулся, будто бы ему понравился мой запал, но в зеленых глазах также читалось удивление. Он выпил, даже не поперхнувшись, взял с подноса персик, откусил кусок, посматривая на меня.

– Кстати, а как тебя зовут? – вдруг опомнилась я. Поскольку беседовали мы по-английски, мне не приходилось соблюдать уважительное обращение – все звучало одинаково. Но мысленно я говорила ему «ты», не испытывая к мерзавцу никакого уважения.

– Винсент, – хитро прищурился он.

– Винсент, значит, – пробормотала я и потянулась за соком, что налил мне мужчина. И вспомнила, что Марго уже называла его имя, просто я успела забыть об этом.

Он откинулся на спинку дивана, забросив ногу на ногу.

– Расскажи о себе, – предложил он. – Ты хорошо говоришь по-английски. Бывала в Великобритании?

– Угу. Во сне, – буркнула я, пожирая взглядом еду на подносе.

После всех переживаний я наконец почувствовала голод. Кроме фруктов и мясной нарезки там имелось несколько видов сыров. Я не выдержала и потянулась, чтобы взять хоть что-нибудь, а потом боязно отдернула руку и взглянула на Винсента. После месячного заточения, где все наши действия отслеживались, внутри поселился какой-то страх.

И я чувствовала себя не в своей тарелке.

Заметив мое смущение, мужчина кивнул и придвинул поднос ко мне.

– Бери, тебе нужно поесть. Я не планировал никого привозить, поэтому ничего не заказал заранее.

Ага, не планировал! Так я и поверила, что он явился на аукцион рабынь просто поглазеть. Пусть кому другому рассказывает.

Я все же взяла кусочек сыра, проглотив его так быстро, что и не заметила. Потянулась за вяленым мясом, отправила в рот ломтик, не особо распробовав. Потом запила соком и взяла с блюда персик.

Казаться слишком вежливой не хотелось. Плевать на приличия. Если удастся сбежать, то неохота голодной шататься по незнакомой местности, пока не доберусь до отделения полиции.

Винсент снова налил водки, изучающе глядя на меня. Он уже не улыбался – наоборот, с каждой секундой становился все серьезнее. Поняв, что я не собираюсь ничего ему рассказывать, он перестал задавать вопросы, будто чего-то выжидал. Мы снова выпили, но уже молча.