Лимит. Предел желаний

Что-то в ней казалось подозрительно знакомым, и я предпочел бы умыть руки.

В этот момент двери кабинета отворились снова. Явился Лакнер – светловолосый невысокий агент с хитрым взглядом, ехидной ухмылкой на тонких губах и залысинами. Он быстро кивнул головой мне и повернулся к Коулу Корнеру:

– Извиняюсь за опоздание. Я смотрю, вы уже все выяснили.

– Расскажи Харли о том, что произошло, после того как задержали корабль, – отмахнулся Коул и сделал пару шагов от нас в сторону голограммы, о чем-то задумавшись.

– Это была та же компания, владельцем которой по сей день и является Верн Даккор.

Но еще не все. После смерти Шела Элисона осталась его политическая партия «Демократы объединенной галактики», ее почти разорвали на части. Но за дело вдруг взялась его вдова – Энтеррия Элисон, которая раньше не интересовалась политикой. Она фактически вытянула партию на прежние позиции и подала свою кандидатуру на выборы в Сенат региона. И выиграла. Теперь она сенатор и уже метит на место в Парламенте Альянса. И недавно ее видели с тем самым, Даккором.

– Амбициозная деловая леди? – ухмыльнулся я. – Считаете, женщина может быть замешана в возобновившихся махинациях покойного мужа? Возможно, она сама его заказала.

– Это нам пока не известно, – хмуро отрезал мои предположения Лакнер. – В любом случае, она замешана в деле.

Голограмма звездного региона в кабинете погасла, а вместо нее в пространстве материализовался большой экран. С него на меня смотрела эта самая леди. Я не ожидал увидеть молодую женщину, почему-то представляя ее совершенно иной.

Золотистые волосы волной обвивали гладкую кожу на шее. На красивых коралловых губах застыла скромная улыбка, из-за которой чуть-чуть поднимались скулы, а на щеках виднелись едва различимые ямочки. Взгляд серых глаз устремлялся вдаль – похоже, фото было сделано на побережье, потому как за ней я увидел водную гладь и разноцветное небо, половину которого занимала планета Логерон с ее кольцами.

От удивления я даже замер, сломав очередную сигару, которую вертел в руке, чтобы чем-то занять себя.

– Сколько ей лет? – поинтересовался я.

– Двадцать восемь, – ответил Лакнер.

– Не слишком ли она молода для сенатора?

– По местным законам это разрешено с двадцати пяти. Вот баллотироваться в Парламент она сможет только через два года, – произнес Коул Корнер. – Она не так проста, как кажется. Нам нужно выяснить, как Энтеррия Элисон связана с теневым рынком. И что представляет собой партия на сегодняшний день.