Нет права жить, нет права умирать

 – Ты как со мной разговариваешь? Ты вообще кто здесь, Симкина?! Ты никто! Поняла? Никто! Ничтожество!

На этом слове я не выдержала. Долгое время я старалась не обращать внимания и просто избегала общения с Катковой и ей подобными. Ведь еще тогда, когда я замкнулась в себе, она мгновенно почувствовала слабину и начала меня щемить. Но сегодня просто накипело.

Я набросилась на нее как разъяренная тигрица, вцепилась в темные волосы, липкие от литра вылитого на них лака. Мы вместе покатились по паркетному полу. От неожиданной атаки Лерка оказалась внизу.

Я сидела на ней, царапая ногтями лицо, она закрывала глаза руками, истошно визжа при этом.

Настя тоже пищала так, что даже стекла в холле звенели, но не вмешивалась. Парни окружили, наблюдая интересное зрелище. Никто не пытался разнять нас, но всем было любопытно, чем закончится потасовка. Кто-то, кажется, снимал происходящее на мобильный. Но я не могла остановиться, войдя в состояние аффекта.

Не знаю, чем бы это закончилось, не появись в коридоре охранник.

Он растолкал локтями зевак, рванул к нам, оттащил меня за плечи от Катковой. Я пыталась лягнуть ее ногой вслед.

Пока он держал меня, я отбросила длинные спутанные волосы назад, тяжело дыша. Каткова тоже поднялась, отряхивая пыль с новенького костюма. Сейчас она напоминала шавок с пустыря, что гонялись за прохожими, тявкая и угрожая укусить.

– Что произошло? – спросил охранник, отпустив меня, когда я наконец-то перестала вырываться.

– Она меня оскорбила, – спокойно произнесла, глядя прямо на помятую Леру, которую держала за руку Настя, второй рукой поправляя той прическу.

– Я?! – смогла наконец-то вымолвить Лерка. – Да я ей слова не говорила! Спросить подошла, а она как набросится! Ненормальная!

– Так кто из вас начал?

– Она! – закричала Каткова. – Идиотка! Всю юбку помяла новую!

– Это Каринка сама набросилась. Никто ее не трогал! – вдруг встряла крашеная подруга Катковой. – Я все видела.

– Все понятно. Обе пойдете к декану, там и разбираться будете.

Прозвенел звонок, заставив любителей хлеба и зрелищ покинуть холл и разойтись по аудиториям. Ко мне вновь сел Никита, разглядывая по-другому, заинтересованно что ли. Я ничего ему не сказала, просто отвернулась.

Но на этом мои злоключения в тот день не закончились. На следующем перерыве, как только он начался, заявилась замдекана и заволокла нас с Катковой в деканат, к Пал Палычу. Тот слушал нас по очереди.

Жуть, как не хотелось оправдываться за поступок.