(Не)покорённая драконом. Изгнанник

Я запоздало, с нахлынувшим, словно цунами, отчаянием, понимаю, что мы выскочили на встречную полосу и прямо на нас движется фура. Доли секунды остаются до столкновения…

– Наташа! Попробуй уйти вправо! – пронзительно кричу я, но уже поздно.

Опять то же самое! Тупая боль… Становится темно…

Глава 1

Лекси

Я проснулась в холодном поту – точнее, разбудил Глеб. Он смотрел на меня с раздражением и злостью из-за того, что пришлось подняться посреди ночи. Оно и понятно – ему утром на работу, а я тут снова со своими кошмарами.

– Я так больше не могу. Когда ты уже перестанешь думать о том, что произошло десять лет назад? – В его голосе послышалось явное недовольство.

– Не знаю, почему до сих пор считаю себя виноватой в ее смерти. Я ведь могла все изменить, могла забрать долбаные ключи, вообще не пустить Наташку за руль! Проколоть шины… Я могла бы… – потерялась в бессмысленных уже оправданиях.

– Да ничего ты не могла бы сделать, Сань! Я от этого устал! Мы живем с тобой шесть лет, и я каждый раз слушаю одно и то же.

– Ты сам знаешь, почему у меня нет детей. Из-за той травмы… – выдохнула я со слезами на глазах. – А приемного брать ты наотрез отказался.

– Думаешь, я не знаю, что ты втайне от меня переводишь деньги в приюты, что ездишь по детским домам? Когда я хотел купить новую машину, ты сказала, что денег нет. Присматриваешь, кого взять? Я не хочу приемного ребенка, сотни раз тебе говорил.

Зачем он снова затронул больную для меня тему?! Я замолчала, не зная, что еще сказать в свое оправдание. Да и оправдываться не очень хотелось. Кажется, ночь заканчивалась. Уже полпятого, через полтора часа все равно подниматься.

Глеб тоже понял, что сна больше не предвидится, он поднялся и направился в кухню, откуда через несколько минут до меня донесся запах свежезаваренного кофе. А вскоре раздался сердитый голос мужа:

– Саш, я принял решение.

– Что? – Я поднялась, набросила халат, вышла к нему и остановилась, опираясь на дверной косяк. – Повтори, что ты сказал!

– Ты ведь все слышала. Мы разводимся. Это конец. Можешь дальше загонять себя в пропасть сомнений и страхов, жить в своем прошлом. Но я так больше не могу жить! Ты меня понимаешь? – повернулся он, сверкнув серыми глазами. – Я тебя больше не люблю.