Кольцо повелителя тумана, или Жена дракона

Нужно же где-то ночевать в перерывах между другими делами. Но ты первая женщина, которая попала в эту пещеру.

– И зачем ты меня сюда принес? – полюбопытствовала я.

Он притянул меня к себе за руки. В глазах отразилось пламя, оно затанцевало причудливыми всполохами, делая мужчину еще более загадочным.

У меня в груди разлилось томление, которое жидким огнем устремилось по всему телу. Руки и ноги закололо иголочками.

– Чтобы согреть. На берегу неудобно, к тому же, там мы не сможем остаться одни. А я не могу больше наблюдать, как ты общаешься с другими мужчинами и не желаешь даже смотреть на меня…

Голос попеременно обжигал щеку, шею, кожу за ухом.

В нем чувствовался металл, но разогретый, почти раскаленный.

Альгерд зарылся пальцами в мои растрепанные волосы, массируя затылок. Перебирал пряди, а потом заставил отвести голову назад и еле ощутимо прикоснулся к моим губам своим горячим ртом.

Он медлил, словно не решался продолжить.

С той самой странной ночи во дворце Левандии он, как и обещал, держался от меня на расстоянии, не нарушал собственное слово.

А сейчас, в приближении дня свадьбы, будто что-то изменилось.

В его глазах полыхнуло магическое пламя. Туман оторвался от меня, но лишь на мгновение. Щеку снова лизнуло горячее дыхание, и князь яростно накрыл мои губы своими, изгиб в изгиб.

От такого порыва подкосились ноги, задрожали. И я бы упала, не поддержи Альгерд меня за талию. Он ловко прошелся языком по моим зубам, одновременно сминая губы.

Подчиняясь, я осторожно переплела свой язык с его языком, и от этого стало томно внутри. Вкус мужчины будоражил кровь, которая мгновенно забурлила по венам, рождая во мне желание.

Туман понял это по-своему. Я и не сообразила, как он увлек меня на шкуру перед импровизированным очагом. Его глаза сверкнули животной страстью. У меня внутри оборвалась какая-то струна и протяжно загудела предчувствием опасности, смешанной с жаждой продолжить эксперимент.

«Он ведь не просто так притащил меня сюда… Не просто так…» – пульсировала отчаянная мысль, теряющаяся в очередном безумии князя.

Руки Альгерда чувствовались везде. На шее, на груди, на животе. Он нетерпеливо развязал шнурки на моей рубашке и снял ее совсем. Я попыталась прикрыть ладонями то, что уже не пряталось от взора князя, но он заставил меня развести руки в стороны, плотоядно пожирая взглядом.

Мне стало жарко и душно. Я и забыла, что несколько минут назад дрожала от холода.