Затмение

Хочет побыть один.

– А вот этому не бывать! – Жанка взяла тарелку с нетронутым ужином, предназначавшимся для Жана, накрыла её другой, пустой тарелкой и протянула мне. – Ты не дашь ему умереть с голоду. Что за безобразие, парень не ел весь день.

– Жанна, – простонала я. – Он взрослый человек, сам знает, что делает. Тем более ты сама говорила: у него стресс. Следовательно, и аппетита нет. Я не пойду.

– Маргарита, не дури. Я обещаю тебе, если он будет по-прежнему холоден и неприветлив, то я завтра же отстану от тебя.

Будем вместе приобщать парня к жизни на базе. А сейчас иди. На, накинь дождевик. – Жанна протянула мне целлофановый плащик.

Спорить было бесполезно. Тем более воодушевило обещание подруги завтра же покончить с этим нелепым сводничеством. Накинув дождевик, я взяла тарелку, с укоризной взглянула на Жанну и направилась к выходу.

У дверей Жанна догнала меня и сунула в карман моей толстовки бутылку красного вина.

– Вот, только что выпросила в баре. Пригодится!

– Ты с ума сошла!

– Всё-всё! Иди.

Пока Жанке в голову не пришла очередная сумасшедшая идея, я поспешила нырнуть на улицу. Именно нырнуть. Дождь стоял стеной. И стало очевидно, что небрежно накинутый дождевик меня не спасёт.

Во мне ещё теплилась надежда, что Жан давно покинул мастерскую и спокойно отсиживается в своём номере. Но тусклый свет, льющийся из окон ангара, говорил об обратном. Приблизившись к ветхому строению, я услышала некий посторонний звук, сливающийся с шумом дождя.

Доносился он изнури. Подойдя поближе к двери и хорошенько прислушавшись, я различила гитарные аккорды. И голос. Мужской, глубокий, потрясающе красивого тембра голос. Сердце замерло, когда я представила, что принадлежит он Жану. Чтобы подтвердить свои догадки, я свободной рукой приоткрыла дверь ангара на пару сантиметров и заглянула в образовавшуюся щель.

Жан сидел на высоком табурете с гитарой в руках. Его пальцы ловко перебирали струны, зажимали аккорды. Он исполнял какую-то неизвестную мне, но невероятно мелодичную и красивую песню.

В ней было что-то про дождь и про то, что кого-то нет рядом. На несколько секунд я замерла, заслушавшись. Затем, оценив, как нелепо я могу смотреться со стороны, прильнув к дверям мастерской с тарелкой в руках и бутылкой наперевес, я решила, что пора обнаружить своё присутствие.

Однако что-то меня останавливало. Я как будто боялась вклиниться в чужой разговор. Хотя Жан был в помещении один.