Предел совершенства

В Пефоме полно певиц и певцов, которые совершенно не умеют петь, но их звукорежиссёры прекрасно справляются с фонограммой и заменой голоса. Всё просто. Индивидуально каждому исполнителю подбирается тембр голоса, тональность и прочее, затем создаётся войс и внедряется в микрофон, который вокалисты называют счастливым или приносящим удачу. Я-то знаю, в чём подвох. Кто не хвастается микрофоном, у того войс наверняка вживлён прямо в голосовые связки. Люди верят и слушают песни этих исполнителей, певцам нужно лишь обладать яркой внешностью.

На этом построен весь шоу-бизнес. Талант давно никого не интересует.

Остались единицы артистов, как моя Мелоди, с природными вокальными данными. Она потрясающе поёт, я наслаждаюсь каждым звуком, произнесённым ею. Она занимается вокалом с детства, а популярность обрела совсем недавно, потому что боялась показаться придирчивой публике. Сейчас у неё много фанатов, как среди молодёжи, так и среди людей пожилого возраста. Всё потому, что она исполняет песни в разных музыкальных жанрах.

Ей с лёгкостью удаётся сочетать рок с попсой, всё зависит от настроения. Она может сегодня написать слезливый текст про любовь для подростков, а завтра напишет песню, которая будет крутиться во всех клубах страны. Она вдохновляет меня на создание музыки, и тем самым мы дополняем друг друга.

В субботнее утро в городе всегда тихо. Все отсыпаются после насыщенной трудовой недели. В Пефоме нет строителей, пекарей или фармацевтов, как и в других элитных городах страны. Все производственные предприятия находятся в мелких городках, где сейчас и отбывает наказание моя девушка.

В таких городах, как Пефом, живут творческие, неординарные люди с тараканами в голове и кучка мерзких учёных, которых я ненавижу. Брат это знает, но на него моя ненависть не распространяется, он просто поддался власти родителей. Когда-нибудь я вытащу его из этого ада, хочет он этого или нет. Никто, кроме учёных, не знает их страшной тайны, в этом и заключается суть Идеального Общества. Знают ещё люди, которые отреклись от науки и выбрали обычную жизнь, как я.

Это случается редко, поэтому договор о неразглашении тайны досконально проверяется. Когда я рассказал Мелоди правду, наказать должны были меня и никого другого. Родители решили сделать как можно больней и во всех бедах обвинили Мелоди.

«Это для твоего же блага», – сказал бы человек, которого я больше не считаю отцом. Сказал бы, если бы я сразу разгадал их план. Такая сейчас жизнь в Идеальном Обществе.