Разбуди меня, мой ректор

 – Скоро похолодает, а у тебя ничего нет!

– Туфли могу сделать к завтрашнему вечеру, а остальное уже в течение недели, – пообещал обувщик.

– Отлично! – одобрила моя спутница. – Госпожа Вэйз тоже обещала часть вещей прислать завтра. Так что в Академию отправишься не с пустым чемоданом.

– Больше нам, надеюсь, никуда не надо? – я уже так устала, что едва стояла на ногах.

– Нет, – засмеялась Виола. – Поэтому сейчас самое время вознаградить себя чашкой горячего шоколада. Ты любишь горячий шоколад?

И я вынуждена была признаться, что никогда его не пробовала.

А если и пробовала, то не помнила этого.

Виола привела меня в кондитерскую, где нас сразу окутал аромат сдобы, ванили, кофе и, конечно же, шоколада. По обстановке и вышколенным официантам было понятно, что заведение это недешевое. Публика, сплошь солидные господа и леди, только подтверждали это впечатление.

Мы выбрали столик у окна, и Виола сразу сделала заказ: горячий шоколад и безе. Пока его ждали, она спросила у меня:

– Ну как? Может, уже лучше твое настроение? Привыкаешь?

– Немного, – уклончиво ответила я.

Показывать Виоле свое истинное настроение как-то не хотелось, уж слишком она сама была жизнерадостная и искренне хотела мне помочь.

– Возможно, у тебя есть какие-то вопросы? – поинтересовалась она дальше. – О Дэне, например. Или обо мне.

Я пожала плечами, потом все же спросила:

– Давно вы знакомы?

– Почти год, – щеки Виолы сразу покрылись румянцем, а на губах расцвела улыбка.

 – Мы познакомились на корабле, когда оба плыли из Мортейна в Лестервильд. Мы с родителями гостили там у родни, а Дэн возвращался домой от Лофтов. Плавание было долгим, так что у нас было время узнать друг друга… И полюбить.

– Родители не были против такой партии? – прямо поинтересовалась я. – Дэн все же сын каторжников.

– Нет, – Виола покачала головой. – Мои родители раньше знали вашего отца и всегда сомневались в том, что он мог совершить такое предательство.

Потом они поговорили с Дэном и только убедились в своей правоте. Кстати, мой отец тоже принимал участие в том, чтобы реабилитировать твоего отца.

– Вот как… – только и могла сказать я.

Наш разговор прервал официант, который принес заказ.

– Так! – Виола привычно хлопнула в ладоши. – Прочь уныние и грусть. Пьем горячий шоколад и наслаждаемся.

Я сделала осторожный глоток напитка и зажмурилась от удовольствия.