Вояж с боссом, или 5 причин для любви

Босс ее внимательно слушал и с полуулыбкой кивал в ответ. Ну а мне захотелось придушить его: он до сих пор не переубедил соседку, что нас с ним связывают только рабочие отношения.

– А вот и Лерочка, – увидев меня, протянула радостно соседка. Имя я ей свое не называла, значит, меня сдал Вержбицкий. – Как вы себя чувствуете? Ноги не затекли?

– Да, вроде, пока нет, – я попыталась ей улыбнуться.

– Ну правильно, вы молодая… А у меня так затекли, так затекли… – заохала она, поднимаясь. – Пойду-ка тоже разомнусь маленько…

Я едва сдержалась, чтобы вновь не высказать Вержбицкому свое недовольство по поводу заблуждений соседки.

Ругаться сил не было, да и бесполезно: с него все равно, что с гуся вода. Пустая трата нервов.

Вержбицкий уже играл в какую-то игру-головоломку на своем телефоне и одновременно слушал музыку. Соседка разминала ноги, прохаживаясь туда-сюда по проходу, ну а я решила почитать, благо закачала себе в планшет несколько книг. Впереди еще пять часов полета, и уйти в мир фантазии – лучший способ их скоротать.

Глава 3

В Майами мы приземлились в десять утра по местному времени. Я с особой прытью собрала все свои вещи, что брала на борт, и на трап ступила одна из первых. Вержбицкий не отставал от меня и практически дышал в спину, а вот соседка наша где-то замешкалась, и я потеряла ее из виду.

Земля! Как же я рада наконец снова оказаться на земле! Каждый раз, когда выхожу из самолета, испытываю небывалый прилив эндорфинов. Вот и сейчас я так была счастлива, что на время забыла, зачем прибыла во Флориду, а главное, с кем.

Но этот «кто-то» быстро напомнил мне о себе, догнав у таможенной стойки.

– Очередь заняла? Молодец, – босс пристроился около меня.

– Боюсь, мы тут застрянем на час, не меньше, – я постепенно возвращалась в реальность, а вместе с этим и к прежнему настроению.

Очередь, действительно, была длиннющей и грозила задержать нас здесь надолго. Еще и таможенники работали медленно, будто только проснулись. Но Вержбицкий, в отличие меня, не унывал.

Снял свою дубленку, перекинул  через руку, а из сумки достал очки от солнца и водрузил их на лоб.

– Ты тоже раздевайся, – «посоветовал» он мне. – Чего паришься в куртке?

На этот раз я была вынуждена признать его правоту и тоже избавилась от пуховика, в котором уже было жуть как жарко. Многие пассажиры поскидывали верхнюю одежду еще раньше, мы ж с Вержбицким, будто сговорившись, зачем-то натянули ее, выходя из самолета.