Контракт на тело

Но я знаю, что это благодушие обманчиво и… уж лучше собаки…

Сердце гулко стучит. Бухает у самого горла. Тело дрожит, а руки трясутся. И я далеко не сразу понимаю, что это был всего лишь сон.

Слишком уж живой, слишком яркий. Мне холодно и больно. Все тело ноет, словно и впрямь искусанное собаками.

– Ласка? – Оклик возвращает в реальность.

Правда, не могу сказать, что эта реальность намного лучше моего кошмара. Ощущение такое, словно по мне потопталось стадо буйволов. Любое движение вызывает острую боль.

Я почувствовала, как теплая сухая ладонь легла на лоб. С трудом повернула голову.

Теар.

Воспоминания накатили лавиной, обрушились на голову мощным холодным потоком, и я дернулась, отстраняясь от Лунного, словно от прокаженного, напрочь позабыв о слабости. И взвыла, когда бока прошило острой болью.

Что же он со мной сделал? За что?

– Вам сейчас лучше не двигаться. – Голос спокойный и наставительный. Будь моя воля, я бы засунула ему эти наставления в глотку! – Если хотите, я вколю обезболивающее.

Теар отошел куда-то в сторону, видимо, как раз за обезболивающим. Конечно, зачем ему мое согласие?

– Не прикасайтесь ко мне! – прошипела еле слышно, но итару все же услышал. Замер напряженно.

На несколько секунд в спальне повисло молчание, а затем Теар обошел кровать, опустился у изголовья, пытаясь заглянуть мне в глаза.

Вот только я совсем не хотела на него смотреть…

– Мне очень жаль.

Угу.

– Я не останусь здесь, – просипела через силу. Говорить было трудно, но я должна была сказать ему сразу. Чтобы не надумал себе ничего.

И надеюсь, у Лунного хватит совести оставить меня в покое, а не мучить бессмысленными уговорами.

– Я понимаю. Но для начала вы поправитесь. И, если не возражаете, я все же сделаю вам укол. Мне нужно сменить повязки, а это может быть немного болезненно.

Немного? Да то, что я чувствую сейчас, – уже слишком! Если бы не регенерация, вообще не представляю, что бы со мной было…

– Делайте, – разрешила я.

Вот только непонятно, какого шерха он сам занимается всем этим? Не мог приставить ко мне сиделку? Или пытается таким образом искупить вину?

Легкий укол заставил меня поморщиться и зашипеть сквозь стиснутые зубы. Теар приложил к месту прокола проспиртованную салфетку.

– А я смотрю, вы в сиделки заделались? – все же не смогла удержаться от ехидного замечания.