Нижегородская навь. Издание 2-е, иллюстрированное

Яркое солнце июня обжигало вампира, и он медлил выходить из тени крыши своего ландо. Трофим надел перчатки и шляпу с полями, настолько широкими, что позволяли ему приличия и, наконец, покинул укрытие.

Адель же отправилась на испытания пешком после прогулки вдоль реки. Она шла, неловко подхватив рукой синий шелковый подол, короткими шагами, проваливаясь каблуками в песок. Наяву набережная давно была закована в камень, а в Старом городе навий песчаный берег пригодным для женских туфелек делали только деревянные помосты-переходы.

Любимое кружевное пальто Аделаиды, которое сплели для неё балахнинские мастерицы, было весьма кстати. Летнее утро было ещё свежим. Лёгкий, но прохладный ветерок старался выдернуть локоны из аккуратной причёски под маленькой шляпкой. Это немного огорчало Адель, и она время от времени проверяла, крепко ли держится гребень в чёрном узле.

Между лодок она заметила Луку. Он стоял по колено в воде, ловил мелких рыбёшек и, снимая их с крючка, бросал обратно в воду. Лука предпочитал удобную одежду Яви и своим видом вызывал неодобрительные причитания прохожих.

Старый город не готов был ещё к джинсам и бесстыдно обнажённому торсу, что Наяву – в Новом городе, где предпочитал жить волчонок, было делом давно привычным.

– Это твои важные дела? – окликнула Аделаида. Уходя ночью, Лука наотрез отказался от приглашения Петера, сообщив, что будет занят весь день с самого утра очень-очень важным делами.

В ответ на язвительный оклик Лука тряхнул шапкой жёстких волос, отмахнулся от большого овода и вышел из воды.

– Хочешь, пойдём со мной? Или тебя дела не пускают? – подначивала Адель.

В руке Луки всё ещё трепыхался окунь. Волчонок аккуратно вернул рыбу в реку и ответил:

– Я закончил.

Он раскатал джинсы, накинул на плечи рубашку и пошёл вслед за Аделаидой. Повернув за угол гостиницы «Петербург», в открытых окнах электростанции зоркий Волчонок увидел мечущуюся фигуру героя дня. Петер, сняв пиджак от жары и волнения, что-то объяснял рабочему. Заметив ландо Трофима, инженер помахал рукой всем собравшимся и поспешил выйти.

Трамвай загремел своим обычным путём по Старому городу, но стоило ему остановиться, в одной из дверей трамвая показывался Новый город – Явь.

Наяву по своим делам спешили через обновлённый сквер на Чёрном пруду офисные работники и гуляли мамы с колясками, на лавочках сидели студенты с грустными думами об экзаменах. Но в соседней двери было видно, как скользят лодки по воде Чёрного пруда.