Остаток ночи в её бокале

Рита доела пирог, он был солоноват, и медленно потягивала ароматный кофе. Ей было уютно и радостно. А за стеклянной стеной завывала метель.

– И как эта Картинка? Всё такая же картинная, синеглазая блондинка?

– Ну, не совсем. Глаза выцвели донельзя, стали белые, страшные. А так – крепкая, хоть и не ходит никуда, лишь за водкой да закуской в магазин. Водку берёт самую дорогую. Говорит – сосуды чистит. Ну, ещё по гостям шастает. Тусуется. Там ведь можно выпить и развлечься. Приятелей у неё полно. А летом на даче весь день в доме сидит, или – в саду в гамаке.

Никуда не ходит. Пьёт и трахается с другом. И здоровущая. Вот что значит гены. Некоторым водка на пользу. Сто лет живут, пьют, и не болеют. Я знаю много таких примеров.

– Да-а, какая разная жизнь. А иные как начнут пить, и сразу – в могилу, – поддакнула Рита.

– Не всем на пользу. Некоторых это убивает.

– А кто её бойфренд? Молодой?

– Старше неё, бывший разведчик. Крепкий мужик, обаятельный, умный, восемь языков знает.

Шпарит наизусть Шекспира на английском языке, и Гёте на немецком. Играет на гитаре и поёт потрясающе. У него такой сексуальный голос!

Во дают старики! – подумала Рита.

– А осетинский пирог солёный что-то. – Чароита медленно жевала. – Или мне кажется? А, ну да, он же с солёным сыром.

За спиной раздался женский голос:

– Вот врачи советуют не ограничивать потребление соли. Её дефицит приводит к ожирению и диабету, и разрушает сексуальную жизнь.

Рита с подругой прыснули и оглянулись.

За столиком сзади опять сидела пожилая дама в красной шляпе. Но шляпа теперь была надета на платок.

– Это Красная Шапочка снова нас подслушивает, – тихо произнесла Рита. – Она что, вечно здесь торчит, на этом месте?

Приятельница – поэтесса снова пригласила Риту в театр. Вечер, мороз, ехали на такси. За окошками мелькали огни запутавшихся улиц, опушённые мягким снегом. Потом было тёплое фойе с зеркалами во всю стену, театральные коридоры с мягкими коврами и обилием фотографий на стенах, мягкие кресла зала, и яркий весёлый спектакль, антреприза, очень смешные моменты, хохотали до слёз.

Обратно снова заказали такси. Домой Рита вернулась поздно вечером. Долго пила чай и смотрела телик. По каналу «Москва24» показали бомжей. Как они, бедолаги, в такую стужу? – подумала Рита. – Их очень много, и некоторые как-то выживают.

И подумала вдруг о Сашке. Как бы Ларисик не сделал его бомжем. От этой мысли её передёрнуло.