Тайны сыска. Дело гонца

Запах табака улетел вместе с его хозяйкой, оставив меня одну вновь дышать вонью свалки.

Я с интересом прокрутила в голове наш разговор. Вроде и ничего незначащий, а вроде и несущий в себе массу информации. Странный такой… оставляющий после себя некое послевкусие. Нет, не вкус лжи, который чувствовала на допросе, а нечто иное, совсем не похожее на правду. Любопытно. Это так на меня действует дар этой женщины или же у самой открылась новая грань распознавания? Надо будет проштудировать сегодня учебники.

К этому времени напарник что-то окончательно решил для себя и, похоже, для дела тоже, и коротко кивнув мне, отправился обходиться свалку по периметру.

Краем глаза я заметила, как стражи погрузили труп в машину и увезли в лабораторию. Вслед за этой машиной засобирались и остальные стражи, а когда мы вернулись, то обнаружили только машину Миха и ещё одного стража, видимо доделывавшего какие-то свои дела.

Мы же во время осмотра свалки, естественно, ничего не нашли. Но то ли преступник был профессионалом, и не оставил за собой никаких следов, то ли здесь уже до нас криминалисты что надо проверили, пересмотрели и подобрали. В любом случае, для меня это не имело никакого значения – интуиция подсказывала, что загвоздка кроется в чём-то другом, и разгадку её мы не найдём здесь. По крайней мере, на свалке так точно.

Михей всё делал какие-то записи в маленьком блокнотике и, кажется, больно-то даже не смотрел на то, что вокруг, всё молча шагал, пребывая где-то в задумчивости. Наверняка решил пройтись и провести собственный осмотр только для того, чтобы осмыслить происходящее и упорядочить мысли, нежели действительно для дела. Но от этого мне не становилось легче: гробовое молчание со стороны мужчины, полное игнорирование моего присутствия и нежелание делится со мной информацией по делу здорово давило и пошатывало отнюдь не твёрдое равновесие на этом лезвии ножа взаимоотношений с напарником.

Возвращались назад в участок точно так же, как и выезжали оттуда: в молчании и на огромной скорости. Интересно, это он так злость свою снимает или пытается показать все «прелести» работы следователя в паре? Что-то ни один из этих вариантов мне не нравится.

– Куда теперь? – осмелилась таки спросить я, когда мы подъехали к отделению правопорядка.