Медовый месяц с чужой женой

– Мы еще не женаты, а ты уже вьёшь из меня верёвки, Пе-ла-гея, – я отклонился на спинку стула и, коварно растянув улыбку, кивнул. – Пиши уже, что хочешь, отработаешь вечером мою доброту.

– Обещайте всегда использовать презервативы, – ещё ниже опустила голову девушка. – Чтобы избежать нежелательной беременности.

– Могла бы и не тратить на такую ерунду своё условие, – усмехнулся я.

Казалось, она выдохнула с облегчением, выпрямилась и, глядя на адвоката, твёрдо проговорила:

– Как истечёт срок, я хочу развод с Виктором Дороговым.

– Поля! – воскликнул Буратинка. – Как ты можешь? Нет, это исключено…

Пелагея, не обращая внимания на мужа, резко развернулась ко мне и, глядя в глаза, огорошила:

– У меня ещё одна просьба. Без договора.

– А это потерпеть не может? – я устало прикрыл лицо ладонью. Может, зря всё это затеял? Всё равно Карину это не вернёт, сердце не зашьёт, а бизнес я давно отстроил заново. – Говори уже, – хохотнул, – же-на.

– Можно мне ваш пиджак?

Я встал, молча снял вещь и протянул девушке, хотя эта просьба немного шокировала.

Под ребром ковырялось что-то неприятное, тесное. Какая же я тварь – вырвать чужую жену буквально со свадьбы. Разрушить семью взмахом руки.

Да кто меня осудит? Дорогов-старший, что не погнушался трахнуть мою невесту? Или его сыночек, который купался в золоте, когда я впахивал и жил на три бакса в неделю?

Каждый ответит за содеянное.

Я показал Диме и Крису, что мы уходим, и спокойно вышел из зала. В холле ждали другие мои ребята.

После отмашки, что всё спокойно, они рассеялись в толпе.

Пелагея и сама придёт, у неё просто выхода другого нет, потому я вальяжно пошёл по тротуару, забрался в авто и устало откинулся на сидение. Да, вот такая я тварь. Можете не любить. Можете ненавидеть, мне похрен.

Глава 10. Поля

Когда Максимилиан смотрел на меня, думала, откажет. И не удивилась бы.

Но он вдруг молча снял пиджак и бросил его мне. Я не стала благодарить, ещё чего. Да и не нужна монстру благодарность. Всё, что нужно, в договоре, подписанном тремя сторонами: чудовищем, который меня купил, трусом, который меня продал, и мной.

Как назвать себя, я пока не знала. Жена тире любовница? Нет, это лишь красивые слова, за которыми стоит если не любовь, то хотя бы привязанность. Шлюха на месяц? Да, это ближе к делу.

Я положила пиджак на стол, за которым муж только что проиграл меня, и, отвернувшись, рванула свадебное платье. Шёлковая ткань с тихим шорохом опустилась под ноги.