Медовый месяц с чужой женой

Забыла о договоре?

– То есть, – побелела Пелагея, – ты хочешь, чтобы я это сделала… – глаза её округлились, – в туалете?!

– У меня большая ванная, По-о-ля. Там есть и туалет, и джакузи, и даже гардеробная. Вот где пожелаешь, там и развлечёмся.

– А если я не хочу развлекаться? – вдруг с вызовом спросила она. – Я хочу посетить туалет и нормально поесть! Я не ела больше суток.

Словно в подтверждении её слов заурчал и мой живот.

– Р-р-р… Ладно, же-на! Уговорила. Иди уже, жду тебя через семь минут на первом этаже.

Опоздаешь – будешь наказана, – усмехнулся и, когда девушка попыталась уйти, дернул её на себя. – Хорошенько почисти свой порочный ротик, мне может приспичить и в магазине, куда мы сейчас поедем.

Она гулко сглотнула и, вырвавшись, пулей побежала к белой дверце. Я только успел рот открыть, как она уже распахнула её и врезалась в край ажурной полки.

– Гардеробная, – усмехнулся я. Поля, держась за лоб, метнулась в другую сторону, где белела ещё одна дверь.

 – Дом не разнеси, жёнушка.

Неуклюжая, дерзкая, ядовитая на язычок. Шлюха? Кхм…

Что-то тут не складывалось, а ещё меня не отпускали её слова, когда она пыталась успокоить Витеньку, урода мелкого, что они обойдутся и без папиных миллиардов.

Ну что ж, вот сегодня и проверим, падкая ли она на деньги.

Я выбрал в шкафу самую белоснежную рубашку и любимые чёрные брюки со стрелками, вынул из упаковки галстук и задумался.

Даже если Поля и не падкая сучка, отпускать девицу не собираюсь, придётся играть до конца. Месть – значит, месть. От этого даже кровь горячее стала.

Завязал галстук потуже и чуть не удавил себя. Блять, семью Дорогову-младшему и так развалил, куда же больше мстить? Хотя где гарантия, что Поля не поскачет к нему назад? Эти сладкие косули легко перекрашиваются в хорошеньких наивных девочек. Я её раскушу, если обманывает.

Брюки сидели идеально, рубашка пахла новизной, а у меня на руках оставался запах женского тела.

Я провел ладонями по лицу и ужаснулся тому, как сильно она на меня влияет, даже отшатнулся к стене от стремительного прилива крови в пах.

Не стал Полю дожидаться, спустился в гостиную и попросил подать машину. Стелле приказал приготовить ужин на двоих и свалить до нашего возвращения.

На часах было без пяти восемь вечера, и Пелагея задерживалась на две минуты.