Мой чужой папа

У нас большая фирма, и я не единственный сотрудник, который знает японский.

– Думаете, будь у меня выбор, я стал бы вас беспокоить? Где ваше логическое мышление, Ася?! Не расстраивайте меня ещё больше.

С тяжёлым вздохом и раздражением в голосе начальник соизволил чуть чётче описать проблему:

– Миша подвёл. Из-за него японцы едва не отказались от сотрудничества. Ввести другого работника в курс дел можно, но на этом этапе переговоров лучше не рисковать, чтобы не усугублять ситуацию. Вам же японцы всегда симпатизировали.

На переговорах в Киото господин Ямагути даже интересовался вашим здоровьем. Мне нужны вы, чтобы загладить косяк Миши и вернуть лояльность партнёров.

Я слушала и не могла поверить. Прекрасно. Ему надо. А как он это себе представляет? Переговоры могут затянуться не на один час, а как же Николаша? Даже если за ним присмотрит няня, что делать с кормлением?

– Простите, – решительно отказалась я, – но я не смогу вам помочь.

– Ася, – сурово заявил босс. – Это ваш шанс реабилитироваться передо мной.

– За что? – ахнула я.

– Я в вас поверил, – в его голосе слышался металл. Я кожей чувствовала всё недовольство босса. – Отправлял на курсы повышения квалификации, семинары. Мои лучшие работники возились с вами, натаскивали. А вы, не успев отработать и года, сбежали в декрет.

– Леонид Григорьевич, но это ведь жизнь, – справедливо возмутилась я. – От такого никто не застрахован!

– Разумные люди сначала строят карьеру, а потом уже решают личные амбиции, – парировал босс.

 – Вы как работник уже ноша для моей компании. Должного опыта не наработали, какую-либо специализацию не получили. Ваши знания поверхностны, а через три года и вовсе станут неактуальными. Зато появятся бесконечные больничные. Конечно же, вы не сможете задерживаться на работе или ездить в командировки. Как вы собираетесь строить карьеру?

Я так злилась! Всё сказанное было абсолютной правдой. У меня не было ни одного аргумента в свою защиту. А я ведь питала иллюзии, что вернусь на работу и ещё смогу проявить себя.

Теперь я понимала, насколько наивно рассуждала. Я действительно многим обязана начальнику, но и своему ребёнку должна не меньше.

– Леонид Григорьевич, простите, но я не могу оставить сына, а идти с новорождённым на переговоры – не особо здравая мысль.

– Мы можем нанять няню, – упрямо твердил он.

– Вы ведь знаете, что всё может затянуться надолго, а у меня грудное вскармливание.

– Я куплю хорошие смеси.

Мне хотелось плакать.