Непокорная для Бешеного

Совсем не такая, как утром – выглаженная и аккуратная. Сейчас она шла, еле передвигаясь, смотрела под ноги и горбилась, будто её ровный позвоночник за день изогнули и придавили тяжестью. Её подруга, с которой они приехали на одной машине, ушла несколько часов назад в обнимку с каким-то хахалем.

И сестра Лютого так удачно шла сейчас к авто совершенно одна.

Я скользнул тенью за ней, спрятался за углом здания. В глазах потемнело, лёгкие сжало от спазма. Вот она – почти в моих сетях, руку протяни.

Беззащитная.

Она заметно дрожала, когда искала ключ в сумочке. Я напрягся как хищник, чтобы наброситься, и девушка вдруг обернулась, слепо уставившись в темноту.

Воздух выбило из груди. В её глазах плескалось что-то такое, чему не получалось дать названия. Гордость или непокорность, не знаю. Но я на миг засомневался и вжался во мрак.

Твою мать! Нет, сомнения прочь. Лютый не должен выйти из этой истории без ответа. Я накажу. Отомщу. Покромсаю его душу, как он мою.

Звякнули ключи в тонких пальчиках, щёлкнула дверь.

Один шаг. Быстрый вдох. И я уже рядом. Как волк, дикий и голодный.

Накрыл губы девушки ладонью и втолкнул её внутрь салона, влепив в окно со стороны пассажирского места. Девушка ударилась лбом, ловко вывернулась, грызнула меня за руку и с диким воплем ударила по лицу сумочкой. Получилось смазанно, я даже засмеялся её беспомощности, но пришлось пролезть внутрь машины, скрутить жертву до хруста и прижать локоть к её горлу.

Сестра Берегового перестала дёргаться, захрипела от недостатка воздуха.

Я молчал. Она молчала.

Не дышала. И я не дышал.

Красивая сука. Породистая. Глаза как две звезды, на ресницах капельки непрошеных слёз, на щеках пятна от ударившей в лицо крови. Грудь яростно поднималась и опускалась, выталкивая из пухлых губ горячий воздух.

– Будешь молчать и вести себя покорно – не убью. – Я не узнал свой голос. Он понизился, наполнился густым басом. В паху внезапно стало горячо, нутро стянуло желанием обладать этой бабой прямо здесь и сейчас. У меня секса не было несколько месяцев, а жажда крови раззадорила, плеснула в вены отравы под названием вожделение.

Но нет. Всё будет намного сложнее. Я не Лютый и буду мстить наверняка.

Она кивнула очень медленно, не отрывая от меня взгляда.