Коллекционеры редкостей

В тёмном закутке худосочные дриады торговали диким мёдом в разномастных стеклянных банках со следами от этикеток – явно набранных на свалке. Над банками роились мелкие пикси, легко увёртываясь от неуклюжих взмахов рук-веток. Дон брезгливо отвернулся. Кожа у дриад болезненно шелушилась, вместо ухоженного мха и со вкусом подобранных лишайников ржавели уродливые пятна и опухоли грибков. Все городские деревья больны.

Откуда-то слева донеслись резкие птичьи крики, пахнуло кровью. Айри внезапно остановилась, закрыв глаза и не обращая внимания на толчки спешащих мимо гоблинов.

– Он там! – она уверенно потянула Дона за руку. – Скорее! Ему совсем плохо!

***

Лорн целенаправленно проталкивался сквозь ярмарочную толчею. Чтобы не потеряться, Кунла крепко держался за подол его куртки и вертел головой по сторонам.

– Первый раз на Ярмарке? – спросил Лорн.

– Ага… А ты знаешь, куда идти?

– Нет, но в прошлый раз ряды с живым товаром были в самой глубине. Едва ли что-то изменилось.

– А где… Осторожнее!

Мимо них промчался запалённый гоблин с охапкой листьев боярышника в лапах. Локтем толкнул Кунлу, тот задел плащом угол ближайшего прилавка. Затрещал бархат, на землю посыпался бисер порванной бахромы. Сверху тут же спикировали пикси.

– Не связывайся! – Лорн перехватил Кунлу, готового кинуться в драку за свои сокровища. – Кто утверждал, что скатерть старая? Вот и не переживай теперь.

Кунла шмыгнул носом и принялся молча завязывать нитки бахромы, чтобы не распустилась совсем.

Вспоминать о своём промахе было обидно. Хорошо, что у Лорна под рукой оказалась всего лишь мухобойка. За выбивалку для ковров он взялся уже потом, когда они с Виханом повздорили. Эх, жалко, лепрекон теперь к Дону переметнётся. Некому будет играть на бойране…

– Нашёл! Слышь, Кунла! Тута я!

Впереди, у ближайшего поворота прыгал Вихан, размахивая кепкой.

– Шустрее давайте!

Лорн зарычал, но ускорил шаг. Лепрекон бежал перед ними, показывая дорогу.

Вокруг замелькали деревянные клетки, и Кунла уставился себе под ноги. После плена у королевы он возненавидел клетки, из чего бы они ни были сделаны.

– Туточки!

Вихан остановился возле корявого тента из натянутой на палки драной парусины. Кунла сморщился от вони – под тентом теснились грязные клетки, битком набитые мышами и крысами. Между ними на неожиданно чистом ковре лежал, завалившись на бок, большой, с овчарку размером, чёрный кот.