Черный цветок

Когда-то стражу набирали из городских, но вскоре убедились, что это не очень хорошо, когда за соблюдение закона отвечают соседи тех, кто его нарушает, и теперь в стражники брали деревенских – чаще всего безземельных младших сыновей в семье. Вечное противостояние деревенских и городских приводило, конечно, к излишним стычкам, и стражников в городе сильно недолюбливали, но зато и поблажек стража никому не делала.

Ребятам мысль понравилась, и Сухан притащил простыню из дома, но попросил ничего на ней не рисовать: мать сразу бы это заметила.

Гнилую тыкву нашли на помойке – воняла она преотвратно. Прежде чем идти к сторожевой башне, испробовать шутку решили в кабаке: свои, по крайней мере, бить не будут, если и поймают.

Они едва дождались темноты, стараясь не попадаться никому на глаза, но когда настал решительный миг и все трое, высоко подняв палку с «привидением» над головой, начали подкрадываться к окнам кабака, оглушительный визг испортил все представление. Визжали девки, которых угораздило войти в ворота именно в эту минуту! Девок было две, и орали они как резаные, схватившись друг за дружку, вместо того чтобы быстро убегать.

– Ну чё орете! – Есеня опустил простыню. – Это я, Балуй.

– Да перестаньте, наконец! – Сухан зажал уши. – Сил же нет.

Девчонки покричали еще немного, но так и не сдвинулись с места.

– Успокойтесь! – Звяга намотал простыню на руку, чтобы она не развевалась на ветру. – Это всего лишь простыня!

– Есеня? – робко спросила девочка, и только тогда он узнал сестренку – в темноте не так просто было ее разглядеть, а визжат они все одинаково.

– Опять ты? – расхохотался он. – Батя прислал?

Он подошел поближе – точно, и аппетитная Чаруша тоже притащилась с ней. Наверное, опять ужинала у них дома.

– Нет. Есеня, меня мама прислала. Тебя стражники ищут.

– О то великая печаль! – хмыкнул Есеня.

– Нет, дурак! Мама велела уходить из города. Она и денег тебе дала на дорогу, велела идти к ее сестре, на хутор. Помнишь, мы там были маленькими?

– Помню.

Только не пойду. Чего я не видел на этом хуторе?

– Ты не понимаешь. Они говорили с отцом, а мама подслушала у двери и меня послала. Меня выпускать не хотели, но мама их уговорила, сказала, что мне Чарушу проводить надо домой, что уже темнеет и потом поздно будет.

– И что она подслушала?

– Она мне не успела сказать, но что-то очень страшное. Говорят, что у тебя какая-то вещь спрятана. Есеня, уходи, пожалуйста. Когда все утихнет, мы тебя на хуторе найдем.