Мать сыра земля

Кто девушку ужинает, тот ее и танцует.

– Стасенька, может быть, ты хочешь, чтоб тебя поужинал я? – Кошев со смехом нагнулся и чмокнул ее в щеку. – Честное слово, я не ограничусь фруктовым десертом!

– Виталис… – она сложила губы бантиком. – Ты все время ставишь меня в неловкое положение. И вчера, и сегодня. Я вовсе не хочу есть!

– Бедняжка такая скромная, – Кошев подмигнул Морготу и наконец прикурил, – никогда ничего не попросит для себя.

– И я сама могу решить, о чем мне положено думать, а о чем – нет… – добавила Стася, смешавшись.

– Она мне как младшая сестренка, – Кошев снова чмокнул ее, не сводя глаз с Моргота, и сунул зажигалку Моргота в карман, – ее отец, царство ему небесное, был моим крестным. Моя маман относилась к нему словно к родному брату. Знаешь эти взрослые дни рождения – когда детей всех возрастов запирают в самой дальней комнате, чтоб они не мешали взрослым напиваться? А, Громин? Ты помнишь? Твой папа-полковник наверняка таскал тебя на такие праздники. Кстати, как он себя чувствует?

– Благодарю, превосходно.

– Очень рад. Наверное, разбогател во время конверсии? Самые ярые последователи Лунича почему-то отказывались от своих коммунистических взглядов быстрей остальных.

– Это интересное наблюдение, Кошев. Я попробую собрать статистику. У тебя ко мне все?

– Еще одно замечание: обрати внимание, красные разговоры обычно заводят те, кому не хватило ни ума, ни ловкости выбиться в люди. Те, кто еще надеется приподняться, напротив, превозносят свободное предпринимательство, а те, кому ничего не светит, вроде тебя, – вот они-то и вспоминают Лунича со слезами на глазах… Привет семье, Громин! – Кошев поднялся, шумно вздохнув.

– Надеюсь, этого не случится… – проворчал Моргот и только потом вспомнил о зажигалке: – Эй, верни вещь!

– А! Точно! – Кошев сунул руку в карман и вытащил зажигалку. – Все время забываю их возвращать!

Стася проводила Кошева взглядом и посмотрела на Моргота.

– Вы так сильно друг друга ненавидите?

– Мы друг друга недолюбливаем… – улыбнулся Моргот.

– Виталис, конечно, развязный и избалованный, как говорит моя мама, но он не так уж плох. Он добрый, его все любят. И денег он никогда на друзей не жалеет, и помочь всегда может.

– У него есть свои деньги? – удивился Моргот.

– Нет, конечно: он же нигде не работает. Дядя Лео ему ни в чем не отказывает. Ты видел его новую машину?

– Пока нет.