Невероятные приключения Брыся в пространстве и времени

Еще и Савельичу обещал нажаловаться!

Остаток ночи Брысь нарочито громко вздыхал и перекладывался с места на место: то к Саше на постель заберется и вклинится между ним и Рыжим, свернувшимся пушистым кренделем под правой рукой мальчика, то к Мартину на подстилку вернется, чтобы обиженно пыхтеть в большое собачье ухо и злорадно смотреть, как оно дергается от его щекотного дыхания. Савельича вот только никак не удавалось потревожить, потому что философ устроился возле письменного стола в мягком кресле, рассчитанном на одну персону.

Если бы искатель приключений мог заглядывать в будущее (совсем на чуть-чуть, на каких-то полдня вперед!), то спал бы сейчас без задних лап и набирался сил!

В школу Саша не пошел – выпросил выходной по случаю обретения новых членов семейства. Пришлось дать родителям клятву учиться на одни четверки и пятерки, даже по математике и физре, что означало серьезную жертву с его стороны. Но он вынужден был ее принести, после того как увидел выражение легкой паники на мамином лице, когда утром в их небольшую кухню один за другим вошли существенно увеличившиеся в количестве домочадцы и деликатно расселись перед пустыми мисками в ожидании завтрака.

Николай Павлович имел помятый вид – сказывалась целая ночь раздумий, нашел Брысь следы Янтарной Комнаты или нет. Он пил кофе и косился на кота-путешественника, уплетающего отварное куриное филе (опять и не взглянул в сторону сухого корма!).

– Может, дать ему листок бумаги и банку с краской? Как думаете? – не выдержав, обратился он к домашним.

Брысь оглянулся и сердито выгнул спину: одно дело – намалевать единицу тремя взмахами лапы, и совсем другое – написать рассказ! Абсурд!

– Да, абсурд! – вздохнула Лина, а Николай Павлович удивился:

– Ты тоже расслышала?! Или он чихнул?

Теперь уже вся семья уставилась на искателя приключений, но тот снова был поглощен поеданием вкусных кусочков.

Выгуляв Мартина, взрослые отправились на работу, а с остающихся взяли слово никуда не пропадать, хотя бы до их возвращения.

Рыжему и Савельичу обещание далось легко – первый снова разлегся среди мягких подушек на Сашиной кровати, с непривычки чувствуя себя царем зверей, а второй, пробежав глазами по книжным полкам, остановился на «Трех мушкетерах» Александра Дюма.