Была холодная зима

Мы долго беседовали с ним. Ты должна жить.

– Я живу и думаю о нем. И мы вместе с сыном будем ждать папу.

– Доченька, ты с ума сошла! Надо принять, пережить этот удар судьбы.

– Мама, пока не увижу его живым или мертвым, не успокоюсь. Я чувствую: он жив.

– Хорошо, хорошо, только не расстраивайся. Подождем. Но Игоря не отталкивай. Он хороший мужчина.

– Хороший, но я его не люблю.

– Понимаю. Просто мало времени прошло. Да и определенности нет – то ли жив, то ли мертв.

– Мам, а как ты думаешь, что могло произойти? Ведь вы с папой обсуждаете, предполагаете что-то…

– Доченька, отец не верит, что Леша жив.

– Но трупа же нет! – стояла на своем Анна.

– Ой, молоко убежало! Совсем забыла про него, – сокрушалась мать, хватая полотенце, чтобы снять кастрюлю с плиты. – Хотела сварить тебе кашу, – с досадой говорила она.

– Да не хочу я. Давай чаю попьем, бутерброды сделаем.

– Придется.

Когда сели за стол, Светлана Михайловна продолжила разговор.

– Доченька, никто тебя не торопит с замужеством. Но Игоря не упусти. Такие, как он, на дороге не валяются. Любит он тебя. Сам мне сказал.

– Мама, я думаю, Игорь знает, что случилось с Лешей. Мне почему-то так кажется.

– Что ты выдумала? Как это – знает?

– Слишком гладко у него все складывается. А главное, быстро.

– Ему работать надо. Бизнес развивать. Или ты думаешь, он опустит руки и будет слезы лить? Он мужчина.

– Мне сказал, что нанял частных сыщиков. Но уже столько времени прошло, а результатов нет. Значит, никого он не нанимал. Почему пустил расследование на самотек? Почему не подключил всех, кого только можно? Следователь вообще не хочет со мной разговаривать.

– Ой, доченька, ты же знаешь, как у нас ведутся расследования! Никого они не найдут. Сколько людей пропадает, особенно бизнесменов…

– Я буду ждать. Вдруг он сейчас не может вернуться? Может, его держат под замком. Денег требуют.

– Глупенькая. Уже давно бы позвонили и выкуп потребовали.

– Ты права, – грустно сказала Анна.

– Как сыночка-то назовешь? – решила сменить тему мать.

– Сашенькой. Так хотел Леша. Александр Алексеевич. Он говорил: «Если девочка, то пусть тоже Сашенька будет».

– Я могу сегодня переночевать у тебя. Тяжело тебе одной.

– Конечно, оставайся.

– Отец предлагает, чтобы перед родами я постоянно с тобой была.

– Он прав. Мне одной страшно.

– Не переживай.