Остров сумасшедших

Я бы все сейчас отдал, чтоб еще хоть раз увидеть ее. Я крепко обнял бы ее, и она захотела бы остаться в этих объятиях навсегда. Какой же я был дурак… Может быть, она могла тоже полюбить меня всем сердцем. Я ведь чувствовал, что она близка мне, что она моя, что нам нельзя друг без друга. Трус… трус… трус… – твердил он про себя. – Какой же я самовлюбленный трус… Да, конечно, я не привык к тому, чтоб мне отказывали девушки. Они все готовы были по первому зову бежать за мной. Но только не она. Она даже не посмотрит в мою сторону.

Точно, если бы я признался ей в чувствах, она бы рассмеялась мне в лицо, я уверен. А может быть, нет. Я хочу ее увидеть и все ей рассказать. Рассказать о том, как полюбил ее с первого взгляда. Я даже представить не мог, что такое бывает. Когда я увидел ее, у меня земля уходила из-под ног, ноги не слушали меня совершенно, я боялся упасть, боялся сказать что-либо, думал, что потерял дар речи. Да, я хочу ей все это рассказать, хочу рассказать, как долго ношу ее имя в своем сердце. Мое глупое убеждение в том, что буду отвергнут, привело меня к долгим годам одиночества. Как же это печально – иметь большое количество друзей, родных, знакомых и чувствовать себя одиноким. Я бы хотел вернуть время назад. Все могло же быть иначе, а я даже не попробовал. Если бы она сказала мне нет, я бы не перестал ее любить, я бы любил ее все равно. И что случилось бы со мной?  Я бы не умер и не поменял отношение к ней, а продолжал ее любить, как и раньше, а может быть, еще сильнее». Он долго еще не мог уснуть, коря себя за трусость, и, проснувшись совсем разбитым, он во что бы то ни стало решил сбежать с этого острова, найти ее и обо всем ей рассказать. «Я не могу сойти с ума или умереть, не признавшись ей в своей любви». У Доминика в душе появилась надежда, что, может быть, она тоже любит его. «А если я никогда об этом не узнаю… Каждый имеет право быть счастливым, и я верю в своё счастье».

***

Прошел почти год после того, как все эти люди оказались на острове.

Многие из них были изуродованы: кто-то от пыток, кто-то из-за бесконечных побоев. Многие из них поседели и состарились раньше времени. Каждый день Доминик наблюдал за тем, что люди не могли жить, не оказывая моральное давление и физическое или сексуальное насилие, за тем, как людская жестокость не знает границ. Он только брезгливо морщился каждый раз, глядя на происходящее вокруг. Больно было понимать, что он ничего не может изменить.