Баллада о горизонте

Какая же ты красивая, ЗЕМЛЯ… Тут и там высятся древние башни, какие-то поселочки крохотные по склонам лепятся, стада пасутся, солнышко светит, теплый ветер обдувает помороженные наши физиономии, тоненькой серебряной ниточкой искрится в долине полноводный Терек.

Так остро воспринимать красоту можно только после «белого коридора», когда впитываешь каждый штрих, каждую краску оголодавшим от однообразия взором. Как, ну как можно прожить жизнь и ни разу не увидеть, не прочувствовать всего этого??? Вот что мы не могли понять, когда от белых льдов к зеленым травам Форпост неторопливо спускался на землю.

Встали лагерем недалеко от родовой башни, молочка свежего на ферме попили, а наутро часть команды отправилась за нашей заброской в поселок Коби.

Я, Володя, спасатель Быков и Паша остались.

Постирались, покупались. Паша и Быков отправились любоваться красотами природы, я и Володя мирно дрыхли в палатке.

Тишина, благодать, солнышко, цветочки… НИЧТО НЕ ПРЕДВЕЩАЛО БЕДЫ…

И тут я просыпаюсь от внезапно постигшей меня тревоги абсолютно непонятного характера.

Выскакиваю из палатки и издаю нечеловеческий вопль ужаса на уровне ультразвука!

БЫЧЬЕ!!!

Перед моим остолбеневшим взором простирается такая картина: ДВА БЫКА.

Не яки, не туры, а именно быки домашние, в смысле тушенка обыкновенная!

Один уже прошел рогами сквозь Чирковскую палатку, а второй в двадцати сантиметрах от нашего героического Хоббита.

Причем, молча! Тихо!

На мой дикий вопль выскочил Володя и прибежал пастух, они общими усилиями отогнали мерзких тварей от лагеря.

Мы с Володей, как два китайских болванчика, качаем головой над трупом Чирковской палатки и не знаем, плакать или смеяться.

Ну ладно ветер, камни… Ну кошкой пропороли – все бывает! Но средь бела дня, в абсолютной тишине, на дневке… И кто?! БЫЧЬЕ!

Вторая палатка за поход! Хорошо идем… Остается пожар и лавина – и полная программа неприятностей выполнена.

На этот момент меня волновало только одно… Чирк. Чирк, наш завхоз, наш… так сказать, надёж и опор желудков (а желудок – это главный орган у туриста), он… Похороним же братушку… Он так берег свою палаточку… Он курить в ней не позволял, кошки заставлял снимать за десять метров до входа… Помрет ведь, братушка, без покаяния… На чужой грузинской земле. И будет стоять на берегу Терека одинокая могилка с надписью: «Помер от разрыва палатки».