Дрессировщик. Искупление

Решила, что каждый имеет право сходить с ума по-своему. А если это полезно для здоровья – так тем более, пускай сходит.

– Что ты так смотришь на меня? Не веришь, что курьеры рискуют сюда добираться? – Валерий, похоже, был в отличном настроении. Скинул пиджак, поиграл мышцами под туго натянутой рубашкой, галстук отпустил. У него было прекрасное телосложение, да еще, наверняка, и занятия в спортзале – Женя плохо понимала в мужских телах, но даже ее неискушенный взгляд находил, что фигурой Валерия можно любоваться.

Как статуей. Потому, что красивая.

– Не верю, что вы заказываете себе пиццу. Вы и фастфуд – это что-то несовместимое. – Она ощущала себя вполне комфортно рядом с мужчиной. Не так, как с Игорем, когда хотелось обдумать каждое мельчайшее движение и жест. Наверное, потому, что уже устала волноваться. Вообще от всего устала. А мнение Симонова на ее счет вообще ничуть не трогало.

– Ну, пиццы бывают разные, не только из фастфуда… Хорошие итальянские рестораны умеют готовить так, что пальчики оближешь… – Валерий мечтательно приложил к губам собранные в пучок пальцы и смачно причмокнул, успешно пародируя манеру итальянцев.

– Ну, наверное, да… Не подумала об этом даже.

– Значит, не ела хорошую пиццу. Иначе бы в голову не пришло называть ее фастфудом.

– Да, вы правы, как-то не приходилось.

– А Игорь не водил тебя в итальянские рестораны? Или просто пиццу не заказывали? Это глупо, конечно…

– Нет. Не водил. – Она жутко не любила, когда Валерий упоминал о Суворове, даже вскользь.

Вообще предпочитала забыть его имя. Получалось плохо, да еще и эти бесконечные разговоры. А новый хозяин – как ни крути, по-другому относиться к мужчине еще не выходило, будто специально делал так, чтобы Женя ничего не забыла.

– А куда водил? Любопытно даже.

Женя опустила глаза. Ей, отчего-то, лишь в этот момент стало неимоверно стыдно, что их отношения с Суворовым проходили за плотно закрытыми дверьми. И она не видела очень многого из того, что обычно делают все пары.

– Что? Вообще никуда? – Валерий правильно оценил ее молчание.

 – Вот козел…

– Были причины для того, чтобы не афишировать… – сама не смогла бы сказать, кого защищала больше: Суворова с его нежеланием светиться или себя, на все согласную и безропотную.

– Какие? Он что, женат, а тебя держал в любовницах? – мужчину не устроил такой ответ. Он, отчего-то, разозлился.

– Нет.

– Может, ты замужем? А он любовником был? – Валерий давил, как никогда еще не делал до этого.