Измена на отлично. Вакансия: любовник

Но, черт побери, как можно ждать, если такая женщина перед глазами? Если вообще никаких мыслей нет, кроме того, что ее нужно срочно себе забирать?

– И зачем ты это сделал, любовь моя? – Юля протянула эту фразу таким елейно-сладким голосом, таким обещающим… что даже бубенчики чуток поджались: ясно стало, сейчас грянет буря! И такая, что мало мне не покажется.

Если, вообще, из дома не выкинут.

– Чтобы услышать эту фразу из твоих уст…

– И как? Понравилось?

– Я кайфую, моя любовь. Мурашки по рукам бегут, смотри сама, – и задрал рукав повыше, чтобы продемонстрировать.

– А чай будешь, любовь моя? – Она поднялась, потянулась за кипятком. С загадочной улыбкой.

Еще страшнее стало: кипяток в нежных женских ручках, да при плохом настроении, это же орудие массового поражения! Как плеснет мне на рожу, так и хана Вадиму-красавчику!

– Если ты нальешь мне его в чашку, то конечно буду.

Она озадачилась.

– А куда еще можно налить? В тарелку, что ли?

– Главное, не на меня. Все остальное – на твой вкус и выбор.

– А ты не боишься, моя охреневшая любовь, что я тебя с кем-нибудь нечаянно перепутаю? Вдруг, у меня еще кто-то назван так же?

– Я проверил. Никого похожего нет! И вообще – иди ко мне, посиди рядышком. Мне не нравится, когда ты так далеко, через стол!

– Нет, любовь моя. Сейчас я налью тебе чай, а сама пойду спать укладываться. Мне завтра утром нужно на работу.

И она, действительно, поставила кружку на стол, рядом – сахарницу с ложечкой, а сама направилась куда-то из кухни.

– Посуду за собой помой, пожалуйста. Не люблю оставлять на ночь.

Не понравилась ей моя затея. Потому и остыла так резко.

И чай, ароматный, крепко заваренный, сдобренный сахаром… показался не таким уж и вкусным. Вообще никакого вкуса не ощущалось. Пришлось выхлебать его за пару глотков, ополоснуть тарелки и чашки, и топать вслед за Юлей. Как бычок на веревочке.

Когда успел к ней так привязаться-то? За какие-то пару часов? Почему-то хотелось, чтобы она улыбалась.

– А почему ты здесь?

Юли в спальне не оказалось. Она нашлась в соседней комнате: опять расстилала постель, только теперь уже другую.

– Я не смогу больше спать в той комнате. Как зайду, сразу вспоминаю, что увидела… – Она поморщилась, с такой мукой на лице…

Это хрен с горы, по какой-то странной случайности ставший мужем Юли, сделал ей очень больно.