Измена на отлично. Вакансия: любовник

Как бы она ни хорохорилась, пряча эмоции, а они все равно прорывались.

Руки зачесались, чтобы найти козла и снова его нечаянно задеть. И еще несколько раз. Так, чтобы больше не смог ходить налево своими ногами. Ну, и к Юльке чтобы больше не подходил.

– Что, все было настолько ужасно? – Чем перебивать ужасный привкус? Только юмором. Еще можно сексом и поцелуями, но пока рановато, наверное…

– Ты не представляешь, Вадим! – Она даже улыбнулась. – Никогда не думала, что видеть такое со стороны – так противно и некрасиво.

– Да? Никогда не пробовал подсматривать…

– И не пробуй. Либидо исчезнет и никогда не вернется больше.

– А зачем мне за кем-то подглядывать, если проще и приятнее делать это самостоятельно?

Она промолчала, притворяясь, что увлечена упаковкой подушки в наволочку.

– Тем более, когда у меня есть ты рядышком?

Закинул пробный шар, и тут же получил по мордасам подушкой.

– Даже не думай! А то напросишься на что-нибудь похуже!

– Понял, понял. Кидаться в ответ не буду!

– Ну, вот и иди в ту комнату, укладывайся.

На такое разделение сна я совсем не рассчитывал. Были совсем другие планы.

– А если мне будут сниться кошмары? Придут эти двое и будут меня пугать всякими непотребствами, а?

– Они живые… еще. Это призраки во сны приходят. А эти двое – не должны.

– Интересно ты как разговариваешь… – С пододеяльником управиться сложнее, чем прогнать чужого мужа. Но мы вдвоем и эту беду одолели… – Планируешь не оставлять их на этом свете?

– Вот еще, руки пачкать.

– Я – в деле!

– Шикарно. Спасибо. Сварю тебе борща за помощь. А теперь – иди отсюда. Я буду переодеваться!

Уходить не хотелось. Так и подмывало остаться за дверью и смотреть в щелочку: очень интересно же, как Юля переодевается… Как пацан, ей-богу, никак не мог от нее оторваться…

– А поцеловать на ночь? Чтобы крепче спалось?

– Нет. За нами сейчас никто не наблюдает, так что обойдемся без излишеств.

– Ну, тогда пожелай мне спокойной ночи.

– Сладких снов, любовь моя. И громко не храпи. А то приду и закрою тебе рот кляпом.

Проговорилась. Не зря я вбил в телефон такое имя. Привыкнет – и вообще по-другому не станет меня называть!

Но довольную ухмылку пришлось упорно прятать – чтобы не нарваться еще на что-нибудь, летящее в меня…

Улегся поверх одеяла. Вытянул ноги. Повернулся на бок. Потом на другой. На живот. На спину.

Кажется, минут десять продержался.