Развод на миллион. Вакансия: помощница

Ты что? Да что же это такое-то?! – Тетя Маня теперь выглядела полной, настоящей сиротой – когда осталась с пустыми руками…

– Пускай идет и сам своих коров доит, поняли? А нам, женщинам, не пристало таскать тяжести, когда есть мужчина рядом!

Варя схватила женщину под локоток и почесала вперед.

Я – следом. Ощущая себя полным идиотом. Привез себе помощницу, так ее растак! Сразу стало легче и проще со всеми делами справляться!

– Пойдем, хоть приодену тебя, что ли? Нечего тут срамом по полям светить… – Соседка быстро смекнула, что пора брать все в свои натруженные руки.

Иначе жизнь на хуторе покатится куда-то не туда…

– Думаете, стоит? Степан сказал, что это – местная такая униформа. И другого мне не положено ничего…

Варя уже окончательно освоилась в ситуации, дерзить начала. И настраивать местное население против меня!

– С ума, что ли, сошла?! Да тебя за голую задницу вечером комары искусают! А сейчас вот слепни начнутся. Будешь чесаться везде и опухнешь. Разве можно так разгуливать?

Простодушная тетя Маня все приняла за чистую монету.

И, кажется, уже нашла во всем виноватого:

– Степан! Ты почто девчонку обижаешь? Хочешь ее со свету сжить? Смотри, какая ладная-то? И кожа гладкая, чистая? Зачем ее портить?

– Чтобы проще было маскироваться, теть Мань. И сливаться с окружающим миром!

Женщина шутку не поняла, махнула на меня полотенцем и потянула Варю к своему дому. Всем видом намекая, что меня там точно никто не будет ждать.

Может – и к лучшему. Нужна была пауза: отдышаться и подумать, что мне делать с Варварой дальше.

И не пора ли вернуть ее обратно в город, от греха и соблазна на мою голову!

– Эй, хозяин! Ты жив еще? Или надорвался от таскания тяжестей и внезапно помер?

Вместе с приближением голоса раздавался грохот, сдавленные ругательства, от которых покраснел бы даже мой дед, шлепанье босых ног по твердо утоптанной земле заднего двора.

Черт. Она должна была бы застрять у соседки подольше…

Вывернул себе на голову еще один огромный ковш ледяной воды.

Встряхнулся, наслаждаясь: последние капли стекали по спине, оставляя за собой щекотный след…

– Ой.

Не желая отвлекаться, набрал еще один ковш.

– Что ты здесь делаешь?

Я не видел ее. Стоял спиной. Чего только стоило – не обернуться, не посмотреть в глаза. Не прочесть во взгляде такое же изумление, что слышалось в интонациях…

Но чувствовал каждый мелкий, осторожный шажок, с которыми Варя подбиралась. Она кралась, будто кошка: неслышно, тягуче, мягко.