Предначертанный провидением

Поэтому совершенно необходимо быть с ними обходительным и никогда не выказывать им и тени небрежения, ибо этого они не прощают. Тут они, впрочем, не одиноки, с мужчинами происходит то же самое: у каждого в душе достаточно гордости, чтобы почувствовать самое незначительное пренебрежение и затаить обиду. Поэтому вы должны тщательнейшим образом скрывать свое презрение к человеку, каким бы справедливым оно ни было, если не хотите нажить непримиримого врага.

Когда Шелдон, выслушав наставления отца, собирался уйти, милорд остановил его.

– Вас не нужно учить сдержанности, мой мальчик. Всегда лучше недоговорить, нежели сказать лишнее. – Граф замолчал, потом нехотя добавил, – вообще-то, по моим наблюдениям, наибольший успех у женщин имеют посредственности. Кругозор женщин ограничен: тупоумие они принимают за мужественность, глупость за величавость, в себялюбии видят благородство и в пошлости – остроумие. Не проявляйте же излишних эмоций, пока не поймёте, что нашли ту, что достойна ваших чувств.

Отец многого не сказал сыну. Последней зимой в Бате милорд неоднократно имел беседы и встречи с миссис Иствуд, сэром Винсентом Сейвари, с миссис Гилмор и некоторыми другими уважаемыми особами. Разговоры эти были ненавязчивы и вдумчивы. Отцы и матери невест во время неторопливых робберов наперебой расхваливали своих дочерей перед отцом богатейшего наследника графства. Шелдон понимал, что далеко не все сентиментальные рассказы о доброте и кротости упомянутых девиц правдивы, и потому, очертив перед сыном круг возможных претенденток, решил предоставить выбор ему самому.

Всё-таки уединиться в алькове под одеялом сыну нужно будет с той, что заставит биться его сердце, а не той, что покажется приятной отцу. И теперь, отметив, что он весьма им доволен, милорд выразил надежду, что его сын своим выбором не оскорбит ни благородство их рода, ни чистоту крови. Напоследок тихо добавил:

– Я… горжусь тобой, Раймонд… – голос милорда задрожал, но тут же и выровнялся, – и искренне надеюсь, что будущая графиня Шелдон будет достойна продолжить наш род.

Раймонд вышел от отца растроганным, задумчивым и чуть растерянным. Про себя он подумал, что советы отца весьма противоречивы. Если женщины и впрямь столь ничтожны, как же найти среди них достойную-то?

* * *

Войдя в светское общество, Раймонд искренне стремился следовать советам отца, отметив, что женщины похожи на нарисованный им портрет.