Выбор, которого нет

Если надо было улыбнуться, то он это делал одними губами, глаза же напоминали два ледяных осколка. От него исходила такая сила, что немногие могли находиться рядом. Несколько раз его видели в компании девушек. Нечасто, но они в его жизни определенно присутствовали. Еще бы, он молодой и красивый, со своими потребностями. Удивительно было бы, живи он монахом, тогда поползли бы слухи нехорошего содержания.

В «Имперском вестнике» часто писали о принце. Но везде отсебятина, потому что интервью он не давал. С девушками неизменно вежлив и обходителен, не более того.

Правда, некоторые леди принимали обходительность за проявление чувств, строили необоснованные догадки, фантазировали то, чего в принципе быть не может, сами же потом страдали, когда их воздушные замки рушились под обвалом реальности.

Я несколько раз видела Арви в школе, куда он приходил сдавать экзамены. Мы никогда не разговаривали, нигде не пересекались, я к нему вообще старалась лишний раз не подходить, потому что в его присутствии со мной начинало твориться нечто странное: в груди будто пожар пылал, в висках стучали отбойные молотки, тело будто сковывало.

И нет, ни о какой влюбленности речи не шло – он меня пугал. Чем именно, я и сама не понимала, может, своей силой, подавляющей мою, может, холодом в глазах, от которого становилось зябко даже в самую сильную жару. Зато наши девчонки словно с ума сходили: прихорашивались, старались попасться ему на глаза, кокетничали, призывно улыбались. Но он был вежлив и холоден, ни одной не давая повода.

– Надеюсь, тебе хватит ума придумать, как войти в список избранниц его высочества! – Шипение тетушки вырвало меня из мыслей. Заметив мое внимание, она продолжила: – Даже если и не победишь, есть возможность подыскать достойную партию.

– Какую партию, тетя Тиэра? Я осенью в академию отправляюсь, а там мне точно не до женихов будет.

– Поговори мне еще! – рявкнула та, и в этот момент я заметила весьма опасный огонек в ее глазах. За все десять лет подобного ни разу не было.

И что на нее нашло?

Решив разобраться со злостью родственницы после, отвернулась к окну. Мы как раз подъезжали к воротам дворца. По случаю прибытия соискательниц охрану с ворот убрали, но стражники расположились по обе стороны подъездной аллеи, ведущей к дверям величественного строения.

Перед высокими ступенями наша карета затормозила. Мы с тетушкой споро выбрались на улицу и стали медленно подниматься по ковровой дорожке.