Драконьи Авиалинии. Факультет Погонщиков

А с Эллой надо возиться. Раз уж ты нищая, может, я тебе буду платить? Дней за семь накопишь на ужин, а?

Все. Это, наверное, была последняя капля. Кайл удивительно умело выбирал куда бить. И несколько раз попал в самое больное место, вызвав тем самым волну ярости, смешанную с обидой и стыдом. Да, я бедная. Да, моя мать – женщина легкого поведения, которая родила ребенка от клиента и сдала его в приют, едва перестали платить пособие. Мне нечего было надеть, нечего есть и негде жить. Я всю жизнь борюсь с теми, кто считает, что мое место в борделе, рядом с матерью, и всю жизнь борюсь с теми, кто считает, что я – совершенная идиотка, не способная связать двух слов.

И этот Погонщик, собравший воедино за какие-то пять минут все оскорбления, что я слышала за свою жизнь, сделал то, чего не удавалось до сих пор никому.

Заставил меня прилюдно, позорно разреветься.

Справиться с истерикой было тяжело. Наверное, многим известно чувство, когда плачешь и плачешь и не можешь остановиться, хотя и безумно этого хочешь.

Но слезы текут сами собой и дыхание сбивается, начинаются бесконечные всхлипы. Я застонала от собственного бессилия, от того, что не могу прекратить реветь, от того, что Кайл оказался почти во всем прав и… и от всего, что произошло за последние годы.

– Все? Счастливы? – пробурчала я, когда более-менее перестала всхлипывать.

Кайл все это время терпеливо ждал.

– Вполне. Истеричка, – буркнул он. – Так что? Ты принимаешь предложение? Золотой в день за то, чтобы это маленькое существо меня не доставало?

– Или выметаться с практики?

– Разумеется.

– Вы – скотина, садист и отвратительный отец. – У меня в запасе еще была пара слов покрепче, но я решила их приберечь.

– Мне плевать, что ты думаешь. Завтра как обычно.

Впереди показались обшарпанные стены приюта. Странно все-таки, я была готова на все, чтобы Зейн не увидел место, где я живу, а вот то, что будет думать обо мне Кайл, не особенно волновало. После всего сказанного…

За ворота его не пустили, и я облегченно вздохнула.

Со Златокрылого станется пообщаться с наставницей и что-нибудь обо мне ляпнуть, да так, что и из приюта выгонят. Я несколько раз обернулась, идя к дверям, и видела, что Погонщик не уходит, а пристально смотрит мне вслед. И этот взгляд бесил. Вызывал нереальную злость, из-за которой хотелось орать.

– Блейк! – зашипела дежурная, вскакивая со своего места. – Где ты была, девочка?!

– Смотрела на полеты облачного дракона, – устало отозвалась я.