Драконы обожают принцесс

К чему оно – ухо, в смысле – давно уже привыкло. Но все равно обиделось, потому что экзекуция происходила прямо на глазах у горничной и модистки.

– Я не виновата! – заканючила я. – Он сам!

– Кто сам?! – папа начал свирепеть.

– Зомбудель! Я его не поднимала и к вам в окно не кидала…

– Тварь здесь совершенно ни при чем, Корни! А вот откуда ты знаешь о том, что она снова восстала, я еще выясню. Но сейчас я говорю о том, что ты должна была завтракать с женихом! Таковы традиции!

Глупость какая-то, а не традиции.

Нет, в случае если ритуал ухаживаний служит попыткой завоевать сердце знатного жениха, все это и имеет смысл. Но совершенно точно бесполезно играть в кроткую воспитанную леди, если замуж тебя не сосватали, а спихнули. Вариантов у дракона уже нет, сам клятву давал, никто за шершавый язык не тянул. Как и папочку. Так на фига эти ритуалы?!

– Ты вообще контракт не открывала? Опять сбежала, да?

Проницательный папа понял все по моей виноватой моське.

– И в кого ты такая? Марш переодеваться и приводить себя в порядок, а потом в мятную гостиную! Герцог Линдский любезно согласился подождать, я сказал, что ты всю ночь изучала контракт.

– Но я даже не знаю, где он валяется, – осторожно напомнила я.

– В мятной гостиной он валяется! И не валяется, а терпеливо ждет будущую супругу!

– Я вообще о контракте.

Папа был скор на расправу, но отходчив, поэтому только махнул рукой и тяжело вздохнул. Приняв это за шанс, я надавила на самое больное место. Сделала жалобную мордочку и голосом, полным слез и грусти, сказала:

– Не хочу я замуж.

Тебе разве не жалко?

Папа, к моему удивлению, снова взъерепенился:

– Жалко! Только не тебя, а дракона, потому что с такой невестой он раньше времени склеит ласты! Или что там у них… Быстро переодеваться к завтраку, и чтобы все по протоколу! А иначе, Корнеллия…

Он опасно сверкнул глазами.

– Я лишу тебя магии! И к жениху ты поедешь беспомощной смертной!

Вот так вот… это я, кажется, и впрямь перегнула палку со своими шалостями.

Отец ушел, оставив меня в компании модистки и служки.

– Десять минут! – потребовала я.

Они дружно кивнули, но с места не двинулись, всем видом показывая, что приказ короля священен и, если надо, через десять минут из комнаты меня выковыряют даже против воли.

Я открыла шкаф, где мрачно среди платьев и туфель сидел Астар.

– У тебя как с ползучестью? – спросила я.

– Чего?

– Чего-чего, сам виноват, нечего у честных принцесс в спальне укладываться.