Жила-была Катька

Не открывай их, ладно?» Ей стало себя очень жаль, и она захлюпала носом. Обидно. Если б не Женька, который без спроса полез в шкаф, она бы и посмотрела на эти конфеты.

Мама хлопотала в кухне. Подогрела картошку и котлеты, разложила по тарелкам.

– Катя, обедать! – позвала она.

Катьке после сладкого совсем не хотелось есть, и она страдала над своей порцией, ковыряла вилкой пюре.

– Сейчас поедим, и пойду к Колотухиным, конфеты отдам. Им и одной коробки хватит, а мы сейчас чаю с «Птичьим молоком» попьём.

Ой. Потолок, казалось, стал ниже и опустился прямо на Катьку. Она съёжилась на табуретке.

– Ты чего? Живот болит? – забеспокоилась мама. – Нет? Ну ладно, ешь быстрее. Уже всё остыло.

Она открыла дверцу шкафчика и достала коробку конфет.

– Пахнет-то как… м-м-м… – зажмурилась мама. – Умеют же делать, когда захотят.

Она сняла картонную крышку, ахнула и долго смотрела на ириски, даже взяла одну и поднесла к самым глазам.

– Вот же сволочь! – с чувством сказала мама. – Я купила у Галки «Птичку», целый рубль переплатила, а она что сделала!

– А ну-ка, Наташа, вторую коробку посмотри, – приподнялся папа, но мама и без подсказки достала из буфета «Птичье молоко».

– Этого не может быть… – прошептал папа.

Катьке захотелось провалиться сквозь пол. Раз – и нету её.

– Почему не может быть? Ты думаешь, Галка такая честная и её на кондитерской фабрике обманули?

– А ты открывала конфеты?

Мама ответила, что не открывала.

– А я открывал, – с нажимом сказал папа, – там «Птичье молоко» было, во всяком случае, утром. Я одну попробовал.

Мама посмотрела на Катьку:

– Ты не знаешь, куда делись конфеты?

Та соврать не смогла, потому что «боженька ушко отрежет», как стращала бабушка. Катька молчала, только щёки полыхали.

– Катя?

Она всхлипнула и разразилась слезами.

– Это не я… Это Женька с Валеркой первые начали, а нам с Алёнкой мало досталось… Потом Женька сказал: «Давай ириски положим, они тоже вкусные».

Папа захохотал.

– Ну вот, – сквозь смех сказал он, – хотела Иру Колотухину отблагодарить, считай, что уже отблагодарила!

Мама побледнела:

– Вы съели две коробки на четверых?

– Да чего там… – задыхался от смеха папа, – по десять штук каждому!

Катька замотала головой:

– Нет, мы с Алёной только пять штучек… нет, шесть или семь…

Мама закрыла коробку.