Жила-была Катька

– Теперь живот заболит, сейчас дам тебе касторки. Надо Колотухиным и Русаковым сказать. Это же вредно столько конфет сразу!

Она бросила недопитый чай и ушла. А позже стало слышно через потолок, как завопил Женька.

«Видно, попа у него всё-таки слиплась», – догадалась Катька.

Маленькая и с ножками

Наступила суббота, самый любимый Катин день, потому что не надо было идти в детский сад. Воскресенье тоже хороший день, но не такой, потому что в садик идти уже завтра. Вот бы всю неделю была суббота!

Папа съел омлет, попил чай и собрался в гараж чинить машину.

– Ну и хорошо, хоть уберусь спокойно, – сказала мама, как будто папа только и делал, что мешал ей спокойно пыль вытирать.

Папа ушёл, мама спокойно пылесосила и мыла полы, а Катя в своей комнате играла с бумажной гирляндой со снеговиками, которую в Новый год вешают под потолком. Гирлянда растягивалась гармошкой, и Катя возила её по полу, сворачивала дугой.

И тут мама заглянула, уже одетая в пальто.

– Я быстренько в магазин сбегаю, куплю колбаску и пирожные.

Тётя Валя – это мамина сестра. Она полная, громкоголосая и когда говорит, то всегда руками машет.

– Ладно, – согласилась Катька.

Она большая и самостоятельная, ведь пятый год пошёл. В розетки не полезет: знает, что они бьют током; газ открывать не станет, со спичками баловаться не будет, да их всё равно прячут высоко, в шкаф.

Мама включила телевизор и ушла. Катя забралась с ногами на диван и несколько минут прилежно смотрела «АБВГДейку», но вскоре заскучала: передача ей не нравилась, неинтересная.

Катька открыла шкаф с одеждой и вытащила новую курточку, которую мама привезла из Москвы, ярко-оранжевую, с блестящей пряжкой на пояске и нашивкой на рукаве – тигриной головой. Катька визжала от восторга, когда первый раз увидела куртку, и хотела надеть обновку в гости, ведь не зря купили. Папа говорил, что ещё холодно, пусть куртка лежит до весны, а Катька дулась и бубнила, что никогда не мёрзнет.

Мама посмотрела в окно и вдруг легко согласилась. Сказала: ладно, иди в куртке. Катька, радостная, надела курточку поверх кофты, застегнула поясок, полюбовалась на себя в зеркало.

Вышли из подъезда, и шагов через двадцать-тридцать Катька почувствовала, что мёрзнет: ветер продувал лёгкую куртку насквозь, швырял в лицо колючие снежинки.

– Холодно? – спросила мама.

– Н-нет… – неуверенно ответила Катька.