Лёшенька. Часть вторая

– Поди, осенью гость к кому-нибудь из города приезжал, пошёл в лес грибы собирать, присел передохнуть – и потерял. А мы нашли.

Яшке уже давно хотелось научиться курить. Кирька, лавочников сын, умел курить, Васька умел и Колька тоже. Кирьке так вообще было легко: стащит потихоньку у отца папироску, тот и не заметит – считать он будет, что ли?

Братья отдохнули у ручья, разделив пополам краюшку ржаного, чуть кисловатого хлеба. Яшка наклонился и попил чистой воды, вытер рукавом рот.

– Полнёхонькие корзины, пора домой… А что, Лёшка, может, в коммуну заглянем Кольку проведать?

Лёша стрельнул хитрыми глазами:

– Кольку?

– Ну да, а что?

– Знаю я твоего Кольку… с вот такой косой, – хихикнул Лёшка и показал рукой чуть ниже спины.

– Сейчас в лоб получишь! – мрачно пообещал брат.

Вы только посмотрите, люди добрые, как избаловался этот мальчишка! Слова ему не скажи, пальца в рот не клади – вот до чего вредный стал, совсем добра не помнит.

Яшка сунул брату грязный кулак под самый нос:

– Будешь ехидничать – расскажу мамке, что ты штаны порвал и в чулане спрятал.

Лёшка сердито засопел. Почти новёхонькие штаны он изорвал, когда полез на берёзу и неосторожно зацепился за сучок. Большая дыра красовалась теперь на самом видном месте. И как только Яшка узнал?

– Ладно, не буду, – буркнул он, – пойдём в усадьбу.

***

В коммуне садились обедать. Все собрались за длинным столом, заставленном тарелками со щами и гороховой кашей.

– Гость в дом – бог в дом, – с улыбкой сказал председатель, увидев ребят.

Зардевшаяся Олька подвинулась на лавке, освобождая братьям место.

– Демьян! – повернулся Игнат к маленькому мужичонке. – Жалуются мне бабы на твою козу, несознательно ведёт себя, не по-коммунарски. – Он старался придать голосу строгость, а в глазах так и плясали смешинки.

– А что? – поднял голову Демьян.

– Сегодня утром она открыла запор на сарае и вышла во двор.

– Кто?

– Ты, Демьян, дурака не валяй. Мы про кого говорим? Про твою козу.

– Не моя она, а обчественная. Я её обчеству сдал, – нахмурился мужик. То ли он шуток не понимал, то ли настроение неважным было.

– Дак мало того, что сама вышла и болталась по всей коммуне, – продолжил Игнат, – так ещё и коров за собой увела!

– Это она, Захарыч, агитацию с бурёнками провела! – развеселились коммунары.

– Думай что говоришь.