Песочные часы

Попятилась, сообразив, с кем имею дело. Наемники! Самоуверенные, загорелые, мускулистые, в стеганых куртках с железными пластинами, отлично вооруженные, они не походили на разбойников. Последних успешно искореняли из окрестных лесов люди хозяина.

– Привет от сеньора Анафа, куколка!

Ощутив дуновение воздуха, затравленно обернулась: позади стояли двое.

– Да ты не стесняйся, тут все свои, – издевался главарь. – Становись на четвереньки и задирай юбки.

Мы твои прелести по-братски поделим, а потом немного разукрасим, чтобы место знала.

Сеньор Анаф… Имя казалось знакомым. Точно, сосед хозяина, которого я облила вином! Значит, он не просто грозил, а предупреждал.

Взгляд заметался по сторонам в поисках спасения. Время утекало, как песок сквозь пальцы.

– А ты, как погляжу, стеснительная, потаскушка! – Один из наемников шагнул ко мне и рывком стащил короткое пальтецо. – Слышь, Донер, – обернулся он к главарю, – кто первый?

– По старшинству, Вирт, – осклабился тот. – Но вдруг красотка щедрая, и ты сзади пристроишься? Тогда, так и быть, разрешаю со мной.

Тащи ее сюда! – рявкнул Донер.

Отчаянно рванулась в глупой надежде убежать. Увы, только сумку уронила. Наемник со смехом взвалил на плечо и бросил на землю чуть в стороне от дороги. Больно ударившись затылком, не сумела быстро подняться и упустила последнюю возможность затеряться среди пшеничных скирд. Поле – вот оно, рукой подать. Я лежу в самом начале межи, только вот шея и руки намертво прижаты к земле.

– Ты как, куколка, ножки под норном раздвигать хорошо научилась? – Надо мной нависла усмехающаяся физиономия Донера.

Сплюнув жевательный табак, он расстегнул штаны. – Может, еще какие премудрости знаешь? Показывай, не стесняйся!

Наемник расхохотался и в подробностях сообщил, что и как со мной сделает. Воспользовавшись моментом, пнула его, постаравшись попасть ниже пояса. Увы, промахнулась, зато главарь запутался в штанах и упал, извергая проклятия.

Резкая боль прожгла кожу. На миг перехватило дыхание.

Еще один удар, и кровь хлынула из носа. Кажется, Вирт его сломал.

Донер поднялся и с хмурым видом пнул в живот. Тихо заскулила и сжалась в комок.

– Только посмей взбрыкнуть еще раз, шлюха! – мрачно пригрозил наемник. – Все ребра ножом пересчитаю, сукина дочь! Поняла?!

Всхлипнув, кивнула. От боли по щекам текли слезы. Кровь не останавливалась и стекала по подбородку.

Донер задрал юбки, рванул трусики. Они, естественно, порвались.