Непутёвый

Вдвоем можно больше привезти, больше продать, увеличив оборот. Опытному инженеру было сродни пощечине променять завод на прилавок. Получался замкнутый круг: отсутствие перспектив на старом месте и нежелание прийти на новое.

Дети понимали, что между родителями возникло напряжение. К тому времени старшие брат с сестрой уже учились «на бюджете» в местном университете, получая «корочки» для статуса. Юрка же наслаждался беззаботной подростковой жизнью со своими увлечениями. Сходить, к примеру, на соревнования по фитнес-аэробике, чтобы поглазеть на задницы в лосинах.

Запустить «капитошку» из кондомов. Потусить в подъезде, а еще лучше – завалить на дискотеку.

***

Дискотеки проходили в местном клубе. Главное его достоинство – близость, дешевая цена и орущая популярная музыка. Потоптаться под «Асю басю» с «Технотроником» и другими хитами всегда было много желающих.

Зал старенького ДК был скромным, зато просторным. По периметру стояли скамейки, с одной из сторон сгустились столики.

Столики обычно пустовали, зато в туалете было не протолкнуться. Несмотря на осмотр, подростки проносили бутылки с импортными наклейками, алкогольное содержимое пили из горла. Закуривали выпитое так интенсивно, что можно было топор вешать.

Юрка сначала прошел в «туалетный бар». Хлебнул лимонного, отполировал ореховым, выкурил две сигареты и пошел на разведку в зал.

– Юрич, привет, – кто-то зацепил его за рукав и потянул в сторону.

Парень оглянулся – рядом стояла Машка Вострикова, подружка детства.

Мелкими они лазали по заборам, играли в «Казаки-разбойники» и ножички. Машка всегда была своим пацаном. При случае могла и накостылять.

Из щупленькой угловатой девочки-сорванца с вечными синяками и коростами выросла вполне аппетитная девушка. Густо накрашенные глаза смотрели умоляюще.

– Привет, Машка. Чё стряслось?

– Слушай, друг, ты же общаешься с Пашкой кучерявым?

Пашка был местной легендой. Хронический двоечник и прогульщик, второгодник и хулиган, о котором мечтали все или почти все девчонки.

Кучерявый стопками получал анонимки с признаниями в любви, периодически радовал обожательниц вниманием и близостью, не углубляясь в серьезные отношения.

У него был волнистый чуб над коротко стриженными боками. Отчасти из-за прически он получил прозвище, отчасти за вечно кучерявую жизнь. Сейчас он стоял посреди танцпола и, закрыв глаза, крутил головой под «Доктора Албана».