Египтянка: Боги Рима

Накаркала! Только стоило порадоваться, как со стороны Лилии-Панды тут же прилетела какая-то отвлекающая хрень. Прежде чем я успела добраться до «Панацеи», снимающей все негативные эффекты, линия жизни Шарлатана резко просела в опасную зону. Пришлось пожертвовать 70% собственного «здоровья», чтобы восстановить 50% его… Ох, сколько всего он задолжал мне за всё хорошее!

Кают-компания сияла рождественской ёлкой почти две минуты, как вдруг раздался громкий голос Рокстеди, сумевший перекричать шум битвы:

– На правах помощника, выданных мне капитаном «Владыки морей» Кархедепом из Александрии, приказываю прекратить!

На вас наложен эффект «Воля капитана».

Ваша способность использовать магические умения полностью блокирована в течение 10 минут.

Нельзя снять зельями и исцеляющими умениями.

Капитан на корабле царь, бог и судья, его слово непреложный закон, действующий не только на неписей, но и в отношении живых игроков. В ту же секунду все призванные атакующие силы и поддерживающие баффы рассыпались, оружие потухло.

Взгляду предстала разгромленная комната с разбитой мебелью и опалёнными стенами.

– Спустили пар? – Рокстеди окинул присутствующих суровым взглядом. – А теперь за борт обоих. Сейчас же!

Мне показалось, я ослышалась:

– Обоих?

– Принигонду-то за что? – возмутился Шарлатан. – Оставьте девчонку в покое. Она костлявая, ещё подавится ваша Нейт и утопит галеру к Сетовой матери.

– Нет. Принигонда выбрала свою судьбу.

Те, кто рассчитывал увидеть шоу с прохождением по доске, обломались. Быть может, Рокстеди заела совесть или по какой другой причине, но он приказал команде «Владыки морей» наспех сколотить плот размером два на два метра – реверанс в сторону дамы. Таким образом он дал нам крошечный шанс на спасение. Даже и не скажу, доброхот он после этого или садист. Мы либо утонем через пару часов, либо умрём от дебаффов через пару дней. Ведь не явится же в самом деле зубастая Нейт, чтобы лично позаботиться о благополучном исходе жертвоприношения?

Отплывали мы с Шарлатаном в полной тишине, не хватало только драматичной музыки с небес и печального воя Хатико.

Матросы, гребцы и офицеры стояли у фальшборта и провожали хлипкий плот глазами полными сочувствия. Однако никто из них не выступил в нашу защиту. Ни единым словом.

– Ты пожалеешь об этом, Рокстеди, – напоследок пообещал Шарлатан.

– Я не верю в карму. Прощайте.